На какое-то мгновение она как будто слегка озадачилась:

— Брет? Но ведь он всего лишь… простой старатель.

— Простой старатель?

— Ну да, в Неваде по-прежнему работает много старателей.

— И что, удавалось ему хоть когда-нибудь разведать что-нибудь ценное?

Она покачала головой:

— Нет, насколько мне известно. Но все-таки…

В это время снизу раздался дребезжащий голос:

— Нелли! Новые постояльцы…

Она удивленно встрепенулась:

— Еще? Извините меня, мистер… Пил, — и поспешно выпорхнула из комнаты.

После ее ухода тесная комнатка стала казаться еще более убогой. На улице ярко светило солнце. Там, за окном, раскинулся Вирджиния-Сити. У Джо Пила не было совершенно никакого желания сидеть взаперти, так что он вышел из своего номера и спустился вниз.

В холле он столкнулся с компанией семейства Джейвлин, состоявшей из самой Элеанор Джейвлин, ее дядюшки Гэри, а также Мартина О’Фаррелла.

— Всем привет, — поздоровался Джо Пил.

— О боже! — воскликнула Элеанор Джейвлин.

Мартин О’Фаррелл грозно набычился:

— Стало быть, намеков ты не понимаешь, да?

— А что, в прошлый раз это был намек? — не слишком-то учтиво отозвался Пил.

— Я ведь и посильнее могу врезать, просто не хочется связываться…

— Премного благодарен. А то в прошлый раз я вырубился часов на пять, не меньше.

— Просто я хотел тебя проучить, чтобы ты отстал от нас.

— Никак не могу, — вздохнул Пил. — Я на работе.

— Так почему же вы просто не оставите нас в покое? — возмущенно вмешалась Элеанор Джейвлин.

Пил заговорщицки усмехнулся и проследовал дальше через холл. Старый Лукас проводил его вопрошающим взглядом:

— Так это что, ваши друзья?

— Можно и так сказать. А вы их знаете?

— Элеанор Джейвлин? Я же ее на коленях держал, когда она была совсем крошкой.

— И она жила в Вирджиния-Сити?

— Разумеется. Ее мать была учительницей в местной школе и жила здесь, в моей гостинице. Определенно, Сэм Джейвлин не был достоин такой женщины. Он был еще тем шалопаем. В свое время его отправили набираться ума-разума в один из колледжей на востоке. А когда он оттуда вернулся, то стало ясно, что учение не пошло ему на пользу. Он прибрал к рукам все денежки, которые сумел вытряхнуть из Старого Хрыча, а когда у того не осталось ни гроша, то просто взял и уехал куда-то, бросив Джейн — то бишь мать Элеанор — и маленькую Элеанор, которой в ту пору было, пожалуй, всего два или три года.

Пил осторожно вдохнул, боясь выдать волнение:

— Так, значит, мать Элеанор жила здесь, разве они не были дружны со свекром?

— Со Старым Хрычом-то? Да вы что! Он к тому времени уже был беден как церковная мышь. К тому же старик предпочитал жить в уединении. Юный Гэри Джейвлин, приемный сын Хрыча, оказывал матери Элеанор кое-какую помощь. А после ее смерти взял девочку на воспитание. Видно, сердце у него доброе, хотя, признаться, в прежние времена я был о нем не самого высокого мнения.

— А когда умер Айк Джейвлин?

— Ну, наверное, вот уже лет десять… пятнадцать тому назад. К тому времени как его нашли, он был мертв уже неделю или две.

— А кто его нашел?

— Да один из его людей. Кажется, это был Том Брет. Да, как сейчас помню. В то время в городе шутили, что Том Брет практически перекопал все ранчо Старого Хрыча в поисках сокровищ. Все прекрасно знали, что у Хрыча не было ни гроша за душой, но Брет утверждал, что такие нелюдимы всегда оставляют после себя клады. Насколько мне известно, он до сих пор копает то там, то сям.