– Отключил, – сказал Клегг. – Но здесь, по‑моему, пусто.

Даже из машины Кардиналу были видны свежие следы шин.

– Я не был бы столь категоричен. Судя по всему, люди сюда часто наезжают. – Он указал вдаль, через темное пространство. – И около большой хижины горит свет.

– Уверен, что это только для охраны. А хижины совершенно темные.

– Какой еще охраны? Лагерь ведь обанкротился, разве не так? Почему вам так не терпится убраться отсюда?

– Простите, – сказал Клегг. – День был утомительный, а предстоит еще обратная дорога.

Кардинал вылез из машины и пошел первым, обходя хижины сзади. Пройдя ярдов пятьдесят, они увидели, что на задах большой хижины стоят две машины. Одна из машин была черной «транс‑эм».

– Я вызываю подмогу, – сказал Кардинал.

Он достал телефон, на котором тут же высветился номер Делорм, пытавшейся дозвониться до него.

Вытащив свой табельный револьвер, Клегг прицелился Кардиналу в голову.

– Так не пойдет, – сказал он. – Еще шаг, и я прострелю тебе башку. И не думай, что я не посмею, терять мне теперь нечего.

Клегг сунул руку в кобуру Кардинала и извлек оттуда его «беретту».

– Ты мерзавец, – сказал Кардинал. – А я‑то считал тебя просто олухом.

Клегг махнул револьвером в сторону главной хижины:

– Ступай вперед.

Кардинал пошел по темной поляне.

– Прикинь, капрал. Начальство знает, что я поехал с тобой. Если я не вернусь, все полицейские Торонто ринутся тебя искать.

– Шевелись!

– Зачем ты впутался в это, Клегг? Только из‑за денег или так любишь наркотики?

– Захотелось другой жизни.

– Послушай, еще не поздно. Спрячь пушку, и я дам тебе возможность спастись. Искать тебя, конечно, будут, с этим ничего не поделаешь, но, по крайней мере, на тебе не будет висеть убийство.

В его словах не было ни грана правды, и оба они это знали.

Они были уже в дверях самой большой из хижин. На них уставилась камера слежения. Клегг постучал в дверь – три коротких стука, два длинных – и подождал. Он по‑прежнему целился в Кардинала. Но теперь это был собственный пистолет Кардинала, его «беретта».

– Ты думаешь, застрелив меня из моего собственного пистолета, ты сильно себе поможешь? Придумаешь что‑нибудь вроде того, что преступники отняли у меня оружие и пристрелили при попытке к бегству?

– Сгодится, – сказал Клегг. – Они должны быть где‑то в хижинах. Сюда иди.

Кардинал направился к хижинам, протянувшимся в ряд с восточной стороны поляны. Он думал о том, добралась ли уже Делорм до лагеря и успела ли осмотреться. Если успела, они уже поняли, где находится преступник. Возможно, они и без звонка Кардинала пришлют подмогу, когда поймут, что раз он молчит, с ним что‑то неладно. А может быть, все это только его мечты. У него колотилось сердце, а по лицу стекал пот.

Огня в хижинах не было.

– Похоже, тебе не повезло, – сказал Кардинал.

– Есть еще одна хижина, сзади. Шагай‑ка.

Кардинал споткнулся о корень и чуть не упал. В зарослях обозначился темный силуэт хижины – покосившейся, с заколоченными окнами. Изнутри доносились голоса.

– Эй, Рыжий Медведь! – крикнул Клегг.

Дверь открылась, показался мужчина. Длинные, до плеч, волосы стягивала тесемка. Но узнать его было не трудно.

– Мистер Белтран, – сказал Кардинал. – Игра окончена. Что бы вы ни сделали. Кончено! Сюда едут еще копы.

– Зачем ты притащил его сюда? – бросил Белтран Клеггу.