– Мы все те ещё олухи, когда спим. Видели когда нибудь гениальных сонь?

– Я такой же, – сказал Соня, широко улыбаясь, но замер, увидев толстого повара с кухонным ножом в руке прямо в коридоре.

– Это он? – взволнованно произнес Том.

– Разве я не упоминал, что он был пациентом Вашей клиники? – произнес Соня. – Вы выпустили его пару лет назад.

– На каком основании? – Том не мог его вспомнить, но он обычно и не помнил всех тех психов, что поступали, за исключением Алисы и Пиллара, конечно же.

– В вашем отчете говорилось, что он угрожал остальным Мухоморам, – пожал плечами Соня. – И Вы отпустили его в так называемый нормальный мир, чтобы он не терроризировал Ваших обожаемых безумцев.

– Да неужели? – Том вскинул бровь.

– Всё так, – сказал толстяк. – Кстати, я Мясорубка. Шопен Мясорубка.

– Оу, – произнес Том. – Восхитительное прозвище.

– Это не прозвище. – Шопен отмахнулся. – Слышали о Фредерике Шопене, французском композиторе?

– Он был поляком, – Том ощутил потребность поправить его.

– Не имеет значения, – напрягся Шопен, костяшки пальцев побледнели, стискивая нож. – Его отец был поваром, как и я. Повар, который обожал рубить. Шопен, понятно вам?

– Понял еще с первого раза, – перебил его Том.

– Так Вы хотите узнать про Четырнадцать или как? – произнес Шопен.

– Еще как, – кивнул Том.

– Тогда следуйте за мной, на самую недооцененную кухню Оксфорда, – Шопен необычно склонил голову набок, словно хотел сообщить Тому какой то секрет. – Знаете, я тайком скармливал оксфордским студентам кошек под видом рыбы на протяжении пяти лет.

– Черт возьми, – вырвалось у Тома.

– Не просто кошек. Чеширских котов.

Том проглотил ком в горле, пытаясь вспомнить, что он ел в университете.

– А вы что думали, отчего студентов Оксфорда считают самыми умными в мире? Чеширское мяско – вам нуждей всего.

– Хочешь сказать «нужней».

– Конечно, я это и имел в виду. Просто пришлось немного изменить, чтобы получилось в рифму. – Шопен покраснел. – Теперь проследуйте за мной в кроличью нору. – он хихикнул, затем почесал спину прямо кухонным ножом.

Том неохотно последовал за ним, но прежде ему пришлось снова разбудить Инспектора Соню, поскольку тот снова задремал.

Глава 59

Шахматный Город, Калмыкия 

Я поражена, глядя на трех Чудесников за стеклом, среди прочих, которых я никогда не встречала. Мои попытки пробить стекло оказываются тщетными, поэтому я перестаю, ощущая, что скоро мне еще понадобятся силы.

– Этого ты не ожидала, да? – Голос Шахматиста окружает меня со всех сторон, благодаря спрятанному микрофону в стеклянном ящике.

– Я озадачена, почему ты не убил их, – говорю я.

– Потому что магия Льюиса, которая связала их с фигурками, не позволила мне убить их, но дала шанс сыграть с ними так, как мне хочется.

Внезапно я поняла, что всё, что мне нужно было сделать – выбросить все шахматные фигурки, или, быть может, вернуть их на место, чтобы спасти их всех. Под этим, я имею в виду – спасение Фабиолы. Неважно, хотела она моей смерти или нет, она по прежнему мне нравится, и я знаю, что она одна из нас. Мне плевать, что станет с Маргарет и Королевой.

– Пиллар! – кричу я, думая, а слышит ли он меня. – Отдай все фигурки и спаси Фабиолу!

– Не беспокойся, – говорит Шахматист. – В этой игре на Пиллара я не рассчитываю. Мои люди уже увели его в месте, где с ним будут обращаться так, как он того заслуживает.