Когда первые воины, хмурые и невыспавшиеся, подошли с мисками, они по привычке ожидали увидеть серую бурду. Вместо этого в нос им ударил густой, сливочно-медовый аромат. Гул удивления пронесся по очереди.

— Это что, нам? — недоверчиво спросил один из стражников.

— Вам, — кивнул я. — Ешьте.

Воины, пробуя первую ложку, замирали. Их суровые, обветренные лица менялись, на них появлялось удивление, а затем — откровенное удовольствие. Ворчание сменилось одобрительным гулом. Отдельной, более тихой очередью, шли и слуги из господских покоев, которые с таким же изумлением получали свою порцию невиданной доселе утренней каши.

Работа кипела почти час, и за все это время я не повысил голоса, а мои поварята работали слаженно и быстро, гордые своей новой, важной ролью.

После общего завтрака мы немного передохнули. Тоже невиданное дело для поварят. Я разрешил им побездельничать, подремать на лавках и вообще перевести дух. Было забавно наблюдать как они, все еще не веря своему счастью, украдкой посматривают на меня, ожидая подвоха, но я не торопил их. Чтобы вытравить из них годы рабства, потребуется время.

Когда увидел, что ребята немного отдохнули, а в их глазах появилось деятельное любопытство, я хлопнул в ладоши.

— Ну что, отдохнули? — они тут же вскочили, готовые к работе. — Отлично, а теперь — настоящий разговор.

Я собрал всех у большого центрального стола. Матвей встал рядом со мной. Первым я подозвал Федота.

— Федот, подойди. Ты — старший повар, и должен знать наш план лучше всех.

Я развернул перед ним свиток, на котором заранее схематично изложил всю систему.

— Слушайте внимательно, все, — начал я, и мой тон был серьезным. — Мы больше не варим баланду. Мы создаем хорошую еду для воинов. Этой еды будет три разных вида, потому что у воинов разные задачи.

Я указал на первую часть схемы.

— «Рацион Базовый». Сытная, качественная еда для основной дружины, несущей гарнизонную службу. Их работа долгая, монотонная — караул на стенах, патрули. Им нужна стабильная, долгая энергия, чтобы не засыпать на посту и сохранять силы до конца смены.

Затем я перешел к следующему пункту, обосновывая разницу.

— Но есть и другие. «Рацион Силовой». Он для тяжелой пехоты, для ударных отрядов. Это воины, которые носят самые тяжелые доспехи и всегда идут впереди. Их работа — проламывать строй врага. Это короткие, но чудовищные по силе нагрузки. Для этого они много тренируются. Им нужно мясо, которое строит мышцы, и еда, которая укрепляет кости, чтобы они выдерживали отдачу от собственных ударов.

— И третье, — я указал на последнюю запись, — «Рацион Легкий». Особая еда для лучников и разведчиков. Им не нужна масса, им нужна скорость и острота чувств. Их еда будет делать их быстрее, а взгляд — острее. Такой вот у нас план.

Они смотрели на схему, и я видел в их глазах смесь шока и восторга. Они начинали понимать масштаб моего замысла.

— Чтобы такая сложная система работала, нам нужен идеальный порядок, — продолжил я, переходя к назначениям. — У каждого из вас теперь будет своя, постоянная задача. Свое место работы.

Я посмотрел на Федота.

— Федот, ты — старший повар. Твой пост — главный очаг. Ты и твоя команда отвечаете за «Рацион Базовый». Это основа основ, самый большой объем. Я доверяю это тебе. Вот меню на ближайшие три дня, — я указал на другую часть дощечки. — Сегодня ячмень с говядиной, завтра — горох с копченостями, послезавтра — густая похлебка.