Затем я выбрал двоих самых крепких и толковых парней постарше.

— Вы двое — будете командой Федота. Вы отвечаете за огонь, за большие котлы и за то, чтобы ничего не пригорело. Учитесь у Федота, он знает в этом толк.

Парни гордо выпрямились.

Я повернулся к группе мальчишек помладше.

— Вы — на заготовке. Ваша задача — чистить и резать овощи. Всегда. Каждый день. Я хочу, чтобы к началу готовки у нас всегда был запас. Возьмите хорошие ножи и ими работайте, — я достал запас ножей, которые берег Прохор и положил на стол. Мальчишки обрадовались, разглядывая такое богатство.

Наконец, я положил руку на плечо своему ученику.

— Матвей — мой помощник. Он отвечает за учет, за кладовую и за подготовку ингредиентов для особых, «силового» и «легкого» рационов, которые пока буду готовить я сам. Все ясно?

Они молча закивали. У них появилась не просто работа, а структура, команда и цель.

— Вот теперь, — я удовлетворенно улыбнулся, — время готовить обед! Нам нужно накормить дружинников лучшей едой! Пусть они языки сегодня проглотят!

По кухне пронеслись смешки — первые искренние, свободные смешки, которые я здесь слышал.

— Итак, за работу! — скомандовал я. — Федот, твоя задача на сегодня — ячменная каша с говядиной. Продукты сам возьми в кладовой. Я хочу, чтобы мясо было нежным, а каша — рассыпчатой. Помни, что я говорил об обжарке.

Я подозвал к себе Матвея и еще двоих мальчишек, самых смышленых и расторопных. Они подошли с благоговением, их глаза горели любопытством. Я положил перед ними большой, темно-красный отруб говядины.

— Это — основа «Силового» рациона, — начал я свой урок. — Для тяжелой пехоты, для тех, кто идет в авангарде и принимает на себя первый удар. Их задача — быть стеной, а наша задача — сделать эту стену несокрушимой. Видите? Мясо, богатое кровью. В нем железо, которое нужно для выносливости, но мы не будем его варить, превращая в безвкусную подошву. Мы сделаем иначе.

Я взял самый острый нож. На их глазах начал срезать с мяса лишние пленки и жилы, объясняя: — Каждая лишняя жила — это лишняя работа для желудка воина. Наша еда должна отдавать силу, а не забирать ее, тратя на переваривание. Затем я нарезал мясо на крупные, увесистые куски и раскалил на очаге сковороду. — Мы быстро обжарим куски, чтобы запечатать сок. Смотрите.

Кусок мяса, брошенный на раскаленное масло яростно зашипел. Я не дал ему прожариться, лишь быстро перевернул несколько раз, пока он не покрылся со всех сторон темно-коричневой корочкой.

— Вот так, — я снял мясо со сковороды. — Вся сила осталась внутри. Потом будем томить его в густом соусе с добавлением «Железного корня». Он сделает их кости крепче.

Матвей старательно записывал каждое слово на восковую дощечку.

— А это, — я указал на другой стол, где лежали нежные куриные тушки и серебристая рыба, — для «Легкого» рациона. Для лучников и дозорных. Им не нужна тяжесть в желудке. Им нужна ясность ума и острота зрения. Их еда будет почти невесомой, но полной энергии. Чтобы могли и врага заметить, и лук натянуть.

Я взял в руки куриную тушку.

— Здесь все тоньше. Мясо нежное, его легко испортить. Мы не рубим, а режем по суставам.

Вот так. Мой нож двигался легко и точно. Через мгновение передо мной лежали аккуратные части птицы.

— А рыба… — я взял тушку. — Это высшее искусство. Нужно снять чистое филе, не оставив на костях ни грамма драгоценного мяса. Нож должен не резать, а скользить. Чувствуйте кость.

Я ввел кончик ножа у головы и одним плавным, непрерывным движением провел лезвием вдоль хребта.