Эффект был не мгновенным. Первые полчаса, казалось, ничего не менялось. Я стоял, сжав кулаки, и чувствовал, как по спине снова бежит холодок сомнения. Но потом, сначала в одном углу, потом в другом, началось движение.

По лазарету прокатилась волна облегчения, почти физически ощутимая. Мучительные, тихие стоны начали стихать. Воины, которые лежали в забытьи, начали шевелиться, их дыхание из прерывистого и поверхностного становилось глубоким и ровным. Те, кого била лихорадка, перестали дрожать, их тела расслаблялись, отпуская напряжение.

Кульминация наступила в том самом углу, куда Демьян указал первым. Старый ветеран, которого лекарь списал со счетов, вдруг закашлялся. Он сел на своем тюфяке, его мутные глаза обвели лазарет, а затем сфокусировались на одном из учеников, пробегавшем мимо с кувшином.

— Воды… — прохрипел он. — Дай… обычной, чистой воды.

Простая, обычная просьба, но она ознаменовала переломный момент в нашем бою. Воин, который был на пороге смерти, не просто пришел в себя. Он хотел пить. Он хотел жить. Это был неоспоримый символ нашей победы над ядом.

Чтобы убедиться в начатом исцелении, я подошел к нему и снова активировал свой Дар.

[Анализ Статуса].

Я не ожидал увидеть полного исцеления, лишь подтверждение, что лекарство работает. Зловещий статус [Истощение жизненной силы] сменился на знакомый по первому тесту [Статус: Нейтрализация токсинов «Болотная Смерть» (активно)].

А под ним — знакомый прогноз: [Полное восстановление в течение 11 часов]. Все шло по плану, но затем мой взгляд зацепился за строчки, которых раньше не было.

[Статус: Получено постоянное усиление «Дар Живой Воды»!]

[Жива: 12/12 (+1 к максимуму)]

[Выносливость: 10/10 (+1 к максимуму)]

Я замер, не веря своим глазам. Провел анализ еще раз. Цифры не менялись. Мое противоядие не просто излечило воина. Оно сделало его сильнее, чем он был до отравления. Навсегда.

На меня обрушилось осознание всей грандиозности произошедшего. Я посмотрел на сотни больных воинов, ждущих своего лекарства, и понял, что не просто спасаю их. Я создаю новую армию. Армию, каждый воин которой будет обладать повышенным запасом жизненных сил и выносливости. Я посмотрел на котел с мерцающим противоядием и на моем лице появилась жесткая, полная предвкушения усмешка.

Враги хотели уничтожить эту крепость, а вместо этого я подарил ее войску еще большую силу.

Я повернулся к своей команде.

— Следующий котел! Живее! — скомандовал я, и в моем голосе звучал азарт творца, стоящего на пороге величайшего открытия.

Глава 17

Эта ночь стала для меня и моей новорожденной команды настоящим боевым крещением. Лекарские палаты превратились в сердце крепости, и мы были кровью, что текла по его венам, не давая ему умереть. Наш «конвейер жизни» работал без остановки. Ритмичный стук пестиков в ступках, тихое шипение котлов на медленном огне, приглушенные команды и шарканье ног — эти звуки вытеснили стоны и отчаяние, наполнив помещение гулом напряженной, созидательной работы.

Я потерял счет времени. Мысли о сне и отдыхе испарились, осталась лишь одна, всепоглощающая цель — следующий котел, следующая партия, следующая спасенная жизнь.

Вскоре я стал замечать, что мои поварята, привыкшие к тяжелому труду, держатся на чистом упрямстве. В то время как ученики Демьяна, хрупкие и не привыкшие к таким нагрузкам, валились с ног от усталости, но, взглянув на больных, где кто-то впервые за сутки начинал ровно дышать, они снова поднимались и брели за новой порцией воды. Надежда оказалась самым сильным стимулятором.

Я был центром этой бури. Не отдыхал ни минуты. Мое тело, усиленное собственными рецептами, работало на пределе, но разум оставался кристально ясным. Я двигался от станции к станции, контролируя каждый этап.