— Теперь у каждого будет своё одеяло и подушка, — сказал я, глядя на радостную суету. — Зима нынче лютая, без этого не выжить.

Варя подошла ко мне, улыбнулась тепло:

— Спасибо тебе, Александр. Правда. Дети… они никогда такого не имели.

— Это только начало, — ответил я тихо.

Дети продолжали радоваться, делить одеяла и подушки между собой, спорить кто какое возьмёт и тут Тимка, который стоял чуть в стороне, подошёл ко мне и Варе. Лицо у него было задумчивое, даже немного встревоженное.

— Александр, — сказал он тихо. — Хотел сказать… Сегодня странный какой-то мужик за нами ходил. Когда мы у казарм торговали.

Я насторожился:

— Какой мужик?

— Ну, обычный вроде. В тёмном плаще. Стоял в стороне, смотрел на нас. Ничего не покупал, просто смотрел. Я сначала не обратил внимания, но потом заметил — он долго стоит, не уходит. Я обернулся через несколько минут, а его уже нет.

Варя нахмурилась, посмотрела на меня:

— У меня тоже такое ощущение было. В Ремесленном квартале. Кто-то смотрел, но я не поняла кто.

Холодок пополз по спине. Я вспомнил предупреждение Угрюмого. «Мои люди видели странных типов. Не из местных банд. Слишком чистые, слишком тихие. Они ходят, наблюдают, спрашивают.»

Значит начинается.

— Если ещё кого-то такого заметите, — сказал я спокойно, чтобы не пугать детей, — сразу говорите мне или бойцам Угрюмого. Понятно?

Тимка кивнул серьёзно:

— Понятно.

Варя смотрела на меня. В её глазах я прочитал тревогу.

Радость от одеял и подушек, от успешного дня, от рекордной выручки — всё это немного потускнело. Слежка за нами началась со всей серьезностью.

* * *

Поздняя ночь. Тихий роскошный кабинет в особняке на Дворянской улице.

Свечи горели в серебряных подсвечниках, отбрасывая мягкий свет на дорогую мебель, книжные шкафы из резного дерева, персидский ковёр на полу.

За массивным письменным столом сидел Еремей Захарович Белозёров. Перед ним на столе лежали записи. Напротив стоял человек в тёмном плаще — один из тех, кто наблюдал днём. Неприметный, с обычным лицом.

— Докладывай, — сказал Белозёров ровным голосом.

Человек в плаще кивнул, начал говорить спокойно, без эмоций:

— Объект под именем «Александр» создал эффективную торговую сеть за очень короткий срок. Расширяется агрессивно, захватывая ключевые торговые точки города довольно быстро.

— Объёмы?

— Сегодня реализовано четыреста единиц товара за один день. Три торговые группы по пять человек в каждой. Покрывают Ремесленный квартал, Торговую площадь, район казарм. Пользуется силовой поддержкой Угрюмого — по одному бойцу на группу.

Белозёров слушал молча, пальцы постукивали по столу.

— Что опаснее, — продолжал агент, — объект пользуется высокой лояльностью населения. Товар качественный, цены справедливые. Люди возвращаются, рекомендуют другим. Формируется устойчивый спрос.

— Слабые места?

— Поставщики. Это его уязвимость, но он это понимает и укрепляет связи. Он недавно перешёл на постоянных — мельник из деревни Берёзки, мясник Игнат, огородница Матрёна. Рентабельность аномально высокая — примерно шестьдесят процентов чистой прибыли.

Белозёров медленно кивнул.

— Текущая выручка?

— По нашим оценкам, около двадцати серебряных в день чистыми. Это более ста серебряных в неделю. Часть из них уходит Угрюмому.

Еремей Захарович откинулся на спинку кресла, сложил пальцы домиком. Молчал долго, обдумывая информацию.