Loading...
Изменить размер шрифта - +

     Она никак не могла взять в толк, чего от нее хотят: слишком многое обрушилось на нее разом.
     Подошедший хозяин бистро пояснил:
     - Гассен налакался до беспамятства, вот и поскользнулся на доске.
     - А этот?
     Доктор тем временем возился с утопленником.
     - Это Эмиль Дюкро. Вы не слышали про Дюкро?
     Все здесь вокруг - его. И буксиры, и краны, и склады.
     А живет он вон в том высоком доме, на втором этаже.
     - И на третьем тоже, - добавил кто-то ехидно.
     Этот ехидный тон, видимо, не понравился инспектору, и он переспросил. Речники замялись, потом стали объяснять:
     - На третьем у него тоже кто-то есть. Вроде тоже как семья, отдельная.
     Окно в розовой комнате на третьем этаже захлопнулось, штора опустилась.
     - Домашним сообщили?
     - Нет, ждали, когда все прояснится.
     Врач наклонился к уху инспектора:
     - Придется сообщить комиссару. У него на спине ножевая рана. В воду сбросили потом.
     - Он мертв?
     Утопленник словно только и ждал этого вопроса. Он вдруг открыл глаза, глубоко вздохнул и изверг целый каскад воды.
     Толпа зашумела. Полицейские кинулись наводить порядок, вновь оттесняя собравшихся.
     Тем временем старик Гассен, так и не выпустив из рук бутылку, сделал три неверных шага, остановился в ногах у Дюкро и стал ему что-то говорить, едва раскрывая рот, еле ворочая языком, так что никто не мог разобрать ни слова.
     - Отойди-ка подальше! - крикнул доктор и сердито отпихнул старика.
     На набережной остановилась еще одна машина.
     Из нее в сопровождении сотрудников вышел комиссар полиции. Выслушал инспектора, подошел к Дюкро.
     - Может давать показания?
     - Попробуйте, - ответил доктор, - риска нет.
     - Полагаете, он уже вне опасности?
     Ответил на вопрос сам пострадавший, Эмиль Дюкро - он усмехнулся. Правда, ухмылка вышла странная, больше похожая на гримасу, но все поняли, что это и есть ответ на поставленный вопрос.
     Комиссар в некотором замешательстве поздоровался с ним, приподняв шляпу.
     - Рад, что вам лучше.
     Комиссар чувствовал себя неловко - больно уж тягостно разговаривать с человеком, распростертым у твоих ног и вперяющим взгляд в небо, да еще когда с ним возятся спасатели.
     - На вас было совершенно нападение? Можете вспомнить, где именно вас ранили и столкнули в воду?
     Изо рта пострадавшего все еще толчками извергалась вода. Эмиль Дюкро не спешил с ответом и вообще не делал попытки заговорить. Вдруг он слегка повернул голову: в поле его зрения попала девушка в белой ночной рубашке, и он проводил ее взглядом до самых сходней.
     - Вы помните, что произошло?
     Дюкро молчал. Комиссар отвел доктора в сторону.
     - Как вы думаете, он понимает, что я говорю?
     - Вроде бы да.
     - И все же...
     Они стояли спиной к Дюкро и вдруг с изумлением услышали его голос.
     - Больно...
     Все тут же к нему повернулись.
Быстрый переход