– Вы хорошо изложили свою мысль, – заметил Виеринга. – Итак, мистер Риордан, мы вас слушаем.

– Мне кажется, что нет смысла клясться в том, что я говорю правду, потому что то же самое мог бы сказать и любой лжец. – Риордан снова встал. Видимо,, стоя ему было легче говорить.

– Я уже говорил о подавляющем большинстве добрых, порядочных людей в раздираемой войной стране и о маньяках‑убийцах, составляющих десятую долю процента. Наша цель – исключить эту десятую долю процента и дать возможность жителям Ольстера самим решать свою судьбу в атмосфере мира и спокойствия.

Когда вы говорите «исключить», что именно имеете в виду? – осторожно спросил Виеринга.

Мы истребим злодеев с обеих сторон. Мы вырежем раковую опухоль. Это достаточно прямолинейно для вас? – Риордан сел.

– Цель, похоже достойная! – сказал ван Эффен.

Он и не пытался скрыть презрение и недоверие в голосе. – Цель благородная и человечная. Пусть ирландцы сами решают свою судьбу. Но это утверждение совершенно не сочетается с вашим же заявлением о том, что Северной Ирландией никогда не будут править представители двух общин. Вам не приходило в голову, что если бы в этом кресле сидел самый отъявленный из руководителей ИРА, то он говорил бы то же самое, что сейчас говорите вы, ИРА стремится к той же самой цели, что и вы – любой ценой вывести из Северной Ирландии британские войска. Каковы у нас гарантии, что вы не являетесь руководителем ИРА?

– Никаких, – на этот раз Риордан не поднялся с места, и голос его был удивительно спокоен. – Больше я ничего не в состоянии сделать. Если вы не понимаете, что я ненавижу ИРА и ее цели, вы, должно быть, слепы. Мне настолько отвратительно подобное предположение, что я просто не нахожу слов, чтобы его опровергнуть. __ Наступила новая пауза, длиннее, предыдущей. Молчание снова нарушил Виеринга:

– Полагаю, именно такая ситуация и называется тупиком.

– Можно считать это тупиком, – сказал Риордан, не поднимаясь. Время для риторики, очевидно, прошло. Но очевидно, что есть несколько факторов, которые помогут преодолеть этот тупик. Например, Восточный Флеволанд. А также Леуварден, Северо‑восточный польдер, Виерингермер, Пюттен, Петтен, Шоувен:, Валхерен и другие. Упоминал ли я, что мы заминировали королевский дворец?

– Дворец? – переспросил Виеринга. Казалось, последнее сообщение не произвело на него большого впечатления.

– Сегодня была только маленькая демонстрация. Просто для того чтобы показать, как легко и просто можно проникнуть сквозь вашу хваленую систему сигнализации.

– Передохните, Риордан, – резко сказал Виеринга. На этот раз он не добавил «мистер». – Время для угроз миновало. Остались только соображения морального характера.

– Пятьдесят на пятьдесят, – сказал ван Эффен. Несколько мгновений Виеринга смотрел на лейтенанта, потом кивнул.

– Я тоже так думаю. Спасибо, лейтенант. Трудно решиться затопить страну, отдав это решение на волю жребия. – Министр посмотрел на Риордана. – В моей власти принять решение. Я позвоню британскому послу. Он позвонит в министерство иностранных дел в Лондоне. Мы сделаем заявление по радио, где суть дела будет изложена с необходимой осторожностью. Это я могу обещать. Результат переговоров я не берусь предсказать, и повлиять на него я не могу. Это понятно?

– Это понятно. Благодарю вас, министр, – в голосе Риордана не было даже намека на триумф, в нем даже не чувствовалось удовлетворения. Он встал. – Ваша честность в Европе вошла в поговорку. Я доволен. Спокойной ночи, джентльмены.

Ответного пожелания не последовало.