Андрей, уже сидевший в позе лотоса, скрестив ноги прямо на алтарной площадке из печатей, не открывал глаз. Его дыхание было ровным… Даже слишком ровным. И только внутри, в самом центре ядра, уже бушевала всепоглощающая буря.

Ранее прорывы были жестокими, но понятными. Энергия приходила волнами, выжигала путь, разрывала старую структуру и выстраивала новую. Но теперь – всё было иначе. Теперь ядро вспыхнуло. Изнутри. Как если бы в нём зажгли чёрное солнце, охватившее его сознание. Он почувствовал пульс Цзяолин, как если бы та вливала в него энергию не потоками, а импульсами воли, перекачивая через духовную связь не просто силу, а отражение своей сути.

Тело Андрея вздёрнулось. Руки дёрнулись вверх, кожа по всей длине позвоночника задымилась. Он не мог закричать… Ему не хватало воздуха. Его тело вспыхнуло изнутри, как сосуд, в который вливали расплавленный металл. И тогда началось первое проявление трансформации. Сначала из-под кожи, начиная от шеи и грудной клетки, начали выходить узоры, наподобие древних письмен – плавные, кривые, пульсирующие, как если бы их рисовали горячими иглами прямо на его теле.

Потом они вспучились, и из них вырвались тонкие нити магической энергии, которые сплелись в чешуйчатую структуру, покрывая грудь, плечи, предплечья, бедра и даже спину. Чешуя была похожей на ту, что имела Цзяолин – полупрозрачная, серебристо-чёрная, местами сверкала, словно отполированная до блеска. Но на свету проявлялись символы, идущие по краям каждой чешуйки. Магические плетения, выведенные как руны плоти.

Он сам не создавал этого. Так как это была реакция тела, трансформированного воздействием Древней кости Падшего Бога… Прорыва ядра… Связи с духовным зверем, прошедшим эволюцию. Это были, так сказать, аурные доспехи нового поколения. Не вызванные, а рожденные. Не временные, а живущие в нём.

Мечи, плетения и… змеи… Всё это сейчас билось в разуме парня. Андрей рефлекторно поднял руку – и вызвал магическое плетение меча. То самое, что было с ним с самого начала в этом мире, и было вырезано прямо в памяти его тела и воли. Но теперь…

Из его ладони не вылетел тонкий поток энергии, похожей на клинок. Вместо этого, из воздуха вырвалась змея, составленная из магических сегментов, каждая чешуйка которой – это было отдельное плетение. Магический меч больше не был клинком, он стал живой формой – змеёй-духом, составленной из силы, волевого импульса и желания убивать.

Один взмах – и змей выгнулся, прорезал воздух и, задев скалу, вырезал в ней вмятину в форме шестерёнчатого спиралевидного разлома. Это уже была не техника, это была воля в форме меча.

Андрей, тяжело дыша, открыл глаза. Глаза его на миг вспыхнули, отразив то же золотое пламя, что горело в зрачках Цзяолин. Потом он медленно поднялся. Чешуйчатые доспехи успокоились, плавно втянулись в тело, растворились в коже, оставив лишь небольшой знак на груди – как будто коготь змея прижали к коже и прожгли отметину.

“Не просто уровень… – пробормотал он. – Это уже другая ступень. Это полноценная… Эволюция.”

Сначала было… Беспокойство. Когда жар прорыва схлынул, плоть остыла, чешуя втянулась обратно под кожу, а змеиные мечи исчезли в сплетениях духовной энергии, Андрей остался один. Вокруг… Тишина… Наполненная эхом собственного дыхания и ритмичным пульсом ядра, которое теперь вибрировало в груди иначе. Не пело, а… Шипело. И теперь Андрей знал, что он стал другим. Его тело – изменено. Его воля – резонирует с плотью. Его сила – больше, чем он сам.