Страшная участь.

И Элеонора жаждала крови тех, кто во всем этом виноват.

Леопольд попытался ее остудить, остановить. Впрочем, без особого успеха и желания. Ибо, признаться, он бы и сам благодарственный молебен заказал во всех церквях своей державы, если бы узнал, что шведы и голландцы исчезли с лица Земли… И он был уверен — примерно такие же настроения царили сейчас среди большей части аристократии Европы. Ведь что, по сути, сделал Карл и голландцы? Ощипали пышный хвост павлина, обнаружив под ним обычную куриную жопку…

Глава 6

1704 год, июнь, 21. Выборг — Москва

Русская армия медленно тянулась по дороге…

Карельский перешеек не имел ни шоссе, ни магистралей. Леса, болота, камни и узкие дороги да тропинки. Во всяком случае, в эти годы. Еще не построили. Поэтому армия Петра Алексеевича растянулась более чем на трое суток пути. В узкую нитку.

Если бы он не спешил, а поступил как и рекомендовал Генеральный штаб, то в таком положении оказался бы Карл. Но нет. Суетность характера и непоседливость не позволили ему терпеливо дождаться зверя, идущего в капкан. И, вместо этого, он бросился сломя голову ему навстречу.

Впереди двигалась бригада карабинеров.

За ней — первая московская пехотная дивизия. Та самая, в которую входили четыре самых опытных и подготовленных полка: Семеновский, Преображенский, Бутырский и Лефортов. Они, правда, были номерными, но индивидуальные названия у них сохранили. Разве что Бутырский стал 3-им пехотным Патрика Гордона полком.

Самые обученные.

Самые преданные.

Самые закаленные.

Ну и самые снаряженные. Укомплектовав уланов доспехами, оставшиеся комплекты легких полукирас и шлемов направили именно сюда. А к ним и бычьи колеты, чтобы мундир не стирался слишком быстро.

Их, правда, не утверждали на совете, но царь не возражал.

Он махнул рукой на это увлечение сына защитным снаряжением и стал воспринимать все его предложения по схеме — сгорел сарай, гори и хата. Ну, почти все. Впрочем, тут ничего особенного не было. Это старая и хорошо проверенная практика. Так что — и эта пехотная дивизия, и уланы имели не только металлические доспехи, но и бычьи колеты.

При всем при этом во время битвы при Нарве дивизия стояла в центре построения. Поэтому не понесла особенных потерь. Так что в основном там числились ветераны, которых несколько лет мучали тренировками.

Дивизию сопровождал приданный ей полк полевой артиллерии. Тридцать два длинноствольных шестифунтовых орудия. Всю полевую артиллерию не удалось перевести на хороший конский состав. Пока. Но этот полк, вслед за дивизией, получил все самое лучшее…

Следом двигались уланы.

Вся их дивизия.

Потом две оставшиеся пехотных дивизии.

Осадный парк с обозом.

И вторая бригада карабинеров, которая обеспечивала прикрытие с тыла.

У Выборга, на северном берегу залива и в самом городе же, накапливал свои войска Карл. Здесь размещалась его восточная база снабжения. Так что, потихоньку, он и войска сюда стягивал.

Вот и накопил к моменту появления передовых русских разъездов шестнадцать тысяч пехоты, включая десять тысяч старых каролинеров. Тех самых, что стояли в Финляндии и в прошлой кампании осаждали Павлоград. Это был костяк. Ядро, вокруг которого разворачивалась остальная армия.

Шведы.

Упертые. Готовые идти до конца.

Кавалерию Карл тоже успел найти. Четыре тысячи триста человек. Он с умом использовал деньги, предоставленные Людовиком XIV, и вербовал в землях Нижней Германии всех, кого мог. Не только дворян. Ну и про доспехи для них не позабыл, оснастив кирасами и шлемами большую их часть.