Залп.

Залп.

Залп.

Полевые орудия работали размеренно и губительно. Иной раз оставляя после себя целые просеки в рядах пехоты противника.

Но шведы шли вперед.

Стремительно приближаясь.

Двести шагов.

Первай залп дальней картечью.

В шведской пехоте осыпалась первая линия и частью вторая.

Однако вместо того, чтобы остановиться и заволноваться, шведы, нарушив боевые порядки побежали вперед. Даже несмотря на то, что потери их уже достигли десятой части. Давя людям на психику.

Девяносто шагов.

Новый залп картечью.

И русские артиллеристы, выстрелив, по приказу бросились сквозь свою пехоту в тыл. Бегом. Еще одного залпа дать не смогут.

Сорок шагов.

Русская пехота окуталась дымами, угостив шведов из мушкетов.

Очень щедро угостив.

Просто всем на удивление.

В том числе и потому, что несколько месяцев, готовя к этой кампании, эту дивизию в качестве опытов, гоняли на повышение точности стрельбы. Расстреляв за это время два комплекта мушкетов.

Так что их залп ударил по неприятелю не хуже картечи.

Раз.

И первая линия шведов осыпалась. А с ней и часть второй.

И шведы заколебались.

Совокупные потери уже перешагнули за отметку в двадцать процентов. Выбив самых опытных и стойких.

Русская пехота же продолжила огонь.

Вторая линия шагнула вперед. И дала слитный залп.

Следом прошла вперед третья линия.

И снова залп.

И залп.

Залп.

Залп.

Между ними было не больше пяти-шести секунд.

Надымили.

Однако продолжали стрелять, выводя мушкеты в горизонт, как их и обучали, и работая «в ту сторону». Продвигаясь вперед. Шаг за шагом.

Это был один из отработанных приемов для глубоких построений. Здесь пришлось строиться в четыре шеренги. Слишком мало было людей в дивизии, чтобы иначе перекрыть фронт. Но Михаил Голицын, командовавший тут пехотой, решил применить этот прием.

Почему?

Для того, чтобы в самые сжатые сроки выдать как можно больше выстрелов. Вариант, когда присевшие шеренги одна за другой стреляют, он применять не стал. Не решился. Да — плотность огня выше. Но как поведут себя шведы? Вдруг продолжат рваться в рукопашную? Тогда это могло бы закончится плохо. Встречать набегающую пехоту сидя хорошего мало. Да и равномерность стрельбы страдала. Разом таким счетверенным залпом кого угостить — дело хорошее. Но сколько тут стрелять придется? Бог весть. Так что он решил сделать ставку на менее скорострельный, но более стабильный что ли вариант…

Тем временем шведская кавалерия обходила русскую пехотную баталию с северного фланга. Там имелся небольшой лесок, сквозь который шла дорога. Небольшой. И со стороны залива он имел проход шагов в сто — сто пятьдесят шириной. Разъезды карабинеров его загодя сумели заприметить. Поэтому именно туда Меншиков и направил всю дивизию улан и бригаду карабинеров. Причем сам красовался во главе их уже на здоровенном коне и в добротном трехчетвертном доспехи. С пулестойкой кирасой. Как у лейб-кирасир…

Кавалерия пошла на рысях.

Чтобы упредить неприятеля.

Поворот пролеска.

И вся шведская кавалерия, идущая лавой, встретилась лоб в лоб с русской. Уланы тоже толком построится не смогли.

Между ними шагов сто.

Ни отвернуть, ни перестроиться уже никто не успевал. И те, и другие двигались рысью. Массой. Лава на лаву. Толпа на толпу. В достаточно узком пространстве. Так что, уланы без команды опустив пики, дали шенкелей своим коням, начав разгоняться. А карабинеры, выхватив палаши, приготовились колоть ими на сшибке.

Разгон.

Несколько секунд.