Требуется опустошить эту территорию, не давая шведам получать с нее прибыль. А Ливония, на минуточку, была жемчужина в шведской короне. Одна из самых полезных провинций. Житница державы, наравне с Померанией. И если ее вот так ободрать, до последнего листочка, то она превратится в обузу. Многопудовую гирю на ноге Швеции. И серьезным вызовом для ее многострадального бюджета. Чем впоследствии и можно будет воспользоваться…

* * *

— Ты слишком увлечен южной Африкой, — произнес Ромодановский, покачиваясь вместе с царевичем в карете.

— А почему нет?

— Начинать нужно с малого. Вспомни как ты Бутырский полк переучивал. Сначала роту учебную создал. Потом лишь за весь полк взялся. Так и тут, мыслю, нужно поступать.

— Так-то оно так… — покивал царевич.

— Да и флота у нас еще никакого толком нет. Равно и надежного выхода к морю.

— А турки?

— А что турки? Сегодня пустят, а завтра проливы закроют. Мы для них кто?

— Перспективные торговые партнеры, которые совсем недавно разбили сильнейшую армию Европы.

— Мал ты еще… мал…

— Мал, — согласился царевич. — Но ты по сути объясни. Про разные группировки элит, что у них за власть борются я знаю. Однако… какой им смысл с нами ругаться? Особенно когда такие прибыли.

— Прибылей тех еще нет. А если бы и были… — махнул рукой Федор Юрьевич. — Те группы, что с них долю имеют, за дружбу с нами встанут. Да только есть и другие. С совсем иными интересами.

— Неужто они сильнее?

— Сильнее. Я вообще не понимаю, как великий визирь удерживается на своем посту. У него, верно, слуги как мухи мрут. От яда.

— Даже если и так, то у нас остается Балтика.

— Балтика… Война не окончена.

— Карлу нанесли сокрушительное поражение. Швеция от него не сможет оправиться. А значит завершение войны — дело времени. Причем весьма недолгого. Год, может два.

— Это если Карлу твоему никто денег не даст.

— Швеция разделена на тридцать три провинции. Это если включить в нее Финляндию и не включать Ливонию, Померанию и прочие заморские ее владения. Каждая провинция должна выставлять по одному полку индельты численности около тысячи двухсот человек. Что дает максимум сорок тысяч.

— И что?

— Как что? Это так называемый мобилизационный ресурс Швеции. Больше она выставить физически не сможет. Кроме него у короля имелась полевая армия, которую он содержал на доходы от заморских владений. Ее больше нет.

— Но сорок тысяч то никуда не делись.

— Тут очень важно понять — что это за люди и чем они отличаются от полевой армии.

— Тем, что они в ней не состояли? — улыбнулся Ромодановский.

— Полевая армия — знаменитые каролинеры — это регулярные части с непрерывной традицией и большим опытом. Их больше нет. А люди, числящиеся в индельте… это по сути своей крестьяне. Сходят пару раз в год на непродолжительные упражнения. И обратно — коровам хвосты крутить.

— Разве?

— Шведские короли использовали их для того, чтобы восполнять свои потери. Такие новобранцы попадали в старые полки с закаленными ветеранами. И те их довольно быстро воспитывали. Подтягивали. Именно там они за относительно небольшой срок превращались в каролинеров. Но этих полков нет.

— И ты считаешь, что Карл не справится? Мы вон — как сумели.

— Сколько лет мы на это потратили? А Карлу нужно уже вчера.