— Интересно, а сколько у них тут длятся сутки?

— Есть ощущение, что гораздо больше, чем на Земле, — с готовностью отозвался собеседник и приветственно кому‑то кивнул. Я сидела лицом к окну, поэтому пришлось оглянуться, чтобы увидеть вошедшего, которым оказался Сур. — Рассвело недавно, и с заката до рассвета прошло почти шестнадцать часов; сейчас вот дождёмся, когда день кончится, я тебе точно скажу.

— Мы почти на экваторе. Сутки на планете длятся около тридцати трёх часов: эта мера времени у нас сохранилась. Не знаю, насколько она соответствует вашей, но будет интересно выяснить, — пояснил местный, скользнув по мне взглядом и явно запнувшись на волосах. Кхм. Кажется, это называется «фетиш»? Очень надеюсь, что отдельно от меня они его не интересуют: не хотелось бы лишиться скальпа.

Сам Сур, к слову, за ночь заметно оброс (весьма заметно, на несколько сантиметров, да и брови восстановились) и больше не сверкал лысой макушкой. Бывший патрульный оказался брюнетом; причём жгучим, чёрным аж в синеву. Полосы на коже от этого казались ещё более контрастными, а сам мужчина — ещё более эффектным. В чертах лица прорезалась какая‑то хищность, даже властность. Что там Василич говорил про простого патрульного, которому доверили общение с нами? Интересно, откуда он в эти патрульные ушёл?

А абориген тем временем полюбопытствовал:

— Остальные спят?

— Да, пока спят, — кивнул штурман.

— Сур, а скажи, пожалуйста, — обратилась я к присевшему мужчине, рассудив, что перед построением гипотез надо попробовать простейший путь и попытаться выяснить всё в первоисточнике, — кто ты?

— То есть? — он уставился на меня озадаченно.

— Ну, я к тому, что немного странно: как патрульному доверили контакт с чужой цивилизацией?

— У нас есть правило, что при положительном первом контакте следует по максимуму привлекать к его развитию того, с кем этот контакт состоялся. Теоретически, мы бы тогда работали в паре с Элисой, но по стечению обстоятельств это как раз моя основная работа, — усмехнулся он.

— Погоди, но ты же говорил, вы не вступали в контакт с нашей… агрессивной цивилизацией? А получается, есть люди, для кого это — профессия? — я нахмурилась. — А Элиса твоя вообще нас мифом назвала. Получается, это была ложь?

— Скорее, общие фразы и принятая процедура, — ничуть не смутился он. — Не было официального контакта, то есть, мы стараемся поменьше мелькать перед вашими силовыми структурами. Вероятнее всего, они тоже догадываются о нашем существовании, но тоже его не афишируют и каким‑то образом наблюдают со стороны. А в остальном… Космос, конечно, большой, но нас интересуют схожие миры, поэтому встречи не так уж редки. По возможности мы стараемся их избегать, но такие случаи, как помощь терпящим бедствие, являются исключительными.

— Добиваете, чтобы не раскрыли страшную тайну? — ухмыльнулся Василич, с удовольствием подключившийся к разговору.

— Нет необходимости, — возразил Сур. — Ассимилируем в наше общество. И как раз во избежание подобных вопросов поначалу стараемся сформировать представление о первой встрече. Сейчас же… Это моя вина. Я вчера недостаточно восстановился для полноценной работы, но если бы я ждал, вас оставили бы Элисе.

— И чем это плохо? — уточнил штурман.

— Элиса… хороший специалист, но среди вас есть женщины. В силу её личностных качеств адаптация представительниц собственного пола у неё происходит неполноценной.

— Это как? — растерянно вытаращилась я на Сура, пытаясь переварить сложную фразу.