– Что-нибудь тяжеленькое? – Лео достала домкрат.

Он тут же исчез у нее из рук и рухнул к моим ногам. От неожиданности я даже отскочил в сторону, уже представляя себе боль отдавленных пальцев ног.

– Как это неромантично, – сказал я со вздохом.

Открыл под домкратом разрыв и вывел его к противоположной кромке поля.

– Найдешь? – Я с любопытством перевел взгляд на Лео.

– Ага. – Лео, нахмурившись, смотрела в направлении, куда я закинул железку.

Наконец подхватила ее и выбросила рядом с фонарем.

– Отвыкла? – Я перекинул домкрат в другую часть поля.

Лео, стиснув зубы, старательно вытаскивала железку из каждой новой точки. Не всегда у нее это получалось, но раз за разом выходило все лучше и быстрее. Я перестал подтрунивать, и мы какое-то время просто перебрасывали домкрат с места на место. Потом я начал мешать Лео, перехватывая железку в разрыве, не давая вывести в запланированную точку. Она отомстила мне тем же. Вскоре, уже хохоча во все горло, мы устроили почти что драку за него. Отвлекая, я подхватил Лео за талию и забрал домкрат. И только потом осознал, насколько она близко. Как пахнут ее волосы. Как приятно тепло кожи, разгоряченной нашей баталией. Скользнул губами по ее шее. Щеке. Коснулся губ. Неожиданно для меня она ответила. Я крепче сжал ее в объятиях, забыв и про поле, и про разрывы, и про обещанную мне паузу. Сообразил бросить куртку на траву. Бережно расстегнул невероятное синее платье, которое заструилось вокруг нас.

Я эгоистично упивался происходящим, чувствуя, как Лео реагирует на мои прикосновения, отзывается на каждое. Как между нами нет ничего лишнего. Как гармонично и естественно все, что происходит.

А потом мы смотрели на звезды. Лео потушила фонари, и небо открылось нам, как мы сами только что открывались друг другу.

Через какое-то время Лео завозилась, стала выбираться из моих объятий. Лежа, я смотрел, как она надевает платье. Как шелк охватывает ее тонкое гибкое тело, струится вдоль него, пряча очертания. Встал, чтобы помочь застегнуть молнию.

– Лёх. – Лео обернулась, когда я закончил и уже просто обнимал ее, не в силах разжать руки.

Оценивающе посмотрев на меня, она внезапно очень неромантично поинтересовалась:

– В лаборатории рассказывают про твой распад. Всякое… А ты можешь показать, как это?

Я тяжело вздохнул и отстранился. Когда-нибудь она все равно бы спросила.

– Если ты только с собой пистолет не принесла.

– Не принесла.

Она расправила на траве мою куртку и села на нее.

– Попкорн заказать? – Меня почему-то развеселила ее поза, но Лео серьезно покачала головой.

– Это очень страшно, Лёх? – Она сосредоточенно смотрела мне в глаза.

– Нет.

Я сделал глубокий вдох. Были опасения, что по заказу снова ничего не получится, но они не оправдались. Я раскрылся. Потянулся навстречу черному звездному небу. Вдохнул запахи Вселенной, почувствовал ее звуки, колебания, шепот. Начал растворяться. Разлетаться. Сам становиться Вселенной. Кончиками пальцев ощутил жар и холод, разумом улетал в бесконечность. Но каждой клеточкой тела я видел притягивающее меня синее платье. Оно как магнитом влекло к себе, и, отталкиваясь от звезд, я головокружительно скользил вниз, просто чтобы прикоснуться к этому шелку. Время словно остановилось. Сколько секунд или часов прошло с момента, как начался распад, я даже представить не мог. Но вот – вздохнул. Начал осознавать себя. Стал собираться.