Пока землеройки собирали первую партию руды, я успел обойти половину камня. Видеопоток записывался на встроенный носитель и одновременно транслировался Лео. Камеру я подключил к корабельному каналу g-связи, так что картинка шла в реальном времени. Позже сможем посмотреть и запись.

Передачей контейнеров занимались весь день. Ву хотел проверить, как долго мы сможем держать рассчитанный им темп. Я не возражал. И мы кидали ящики один за другим. С экшен-камерой делать это было гораздо удобнее: Лео видела момент погружения контейнера в разрыв с моей стороны и действовала уже более осознанно, а не «на ощупь», как в предыдущий раз.

Поздно вечером Ву наконец дал отмашку на завершение экспериментальной части проекта. По маршрутному листу от астероида я должен был идти сразу к лунной базе. Туда и пробросил курс, когда закончил все дела.

Лео с Ву законсервировали лабораторию, а сами на рейсовом корабле вернулись на Землю. Оборудование мы решили пока не вывозить. Вдруг придется что-то доснимать.

Я прибыл на три дня позже. Ву встретил меня на крыльце института.

– Какие новости? – Бросив сумку на крыльцо, я порылся в карманах в поисках сигарет.

– Тебе не понравится. – Ву знал, что я жду эту фразу.

И теперь улыбался, глядя, как я закуриваю.

– Ну? – Затянувшись, я выпустил дым в сторону от крыльца.

– Райли назначил встречу в большой лаборатории. После обеда. Тебя там ждут.

Я пожал плечами:

– Неужели со мной снова разговаривают?

– Посмотрим.

Я докурил и пошел к себе. Хотелось передохнуть и привести себя в порядок после дороги.

Но только я прикрыл дверь номера, раздался звонок. Звонили из приемной майора Андервуда. Секретарь подчеркнуто вежливым тоном поинтересовалась, удобно ли мне говорить, и тут же переключила звонок на самого майора. Поприветствовав меня, тот быстро перешел к делу:

– Алексей, ты сильно устал?

– Нет, – неуверенно откликнулся я. Поспать, конечно, не помешало бы, но с ног я не валился.

– Через неделю сможешь выйти во внеочередную смену? У нас один из пилотов уходит, а заменить его прямо сейчас некем.

Я усмехнулся:

– Да, могу. Пусть из диспетчерской пришлют дату и время вылета.

– Спасибо!

Майор быстро попрощался.

Взглянув на часы, я понял, что с душем стоит поторопиться.

Когда наконец спустился в лабораторию, все уже собрались. Кроме Райли и Ольги, я узнал нескольких ученых из других отделов института, а часть присутствующих вообще была лишь смутно знакома.

Ольга шарахнулась от меня и выбрала место как можно дальше. Поздоровавшись со всеми, я уставился на экран, где крутилось видео с моим распадом. Даже не представлял, что со стороны это выглядит именно так.

– Алексей, можешь прокомментировать происходящее? – Райли кивнул в сторону экрана.

– Не понял вопроса.

– Ты контролируешь распад? Опиши, как это происходит.

Я молчал, пытаясь оформить мысли в слова. Наконец, продолжая смотреть на видео, медленно ответил:

– Да, контролирую… Могу не допустить начала распада, например если нужно пилотировать корабль. Могу оперативно завершить распад. Могу достаточно долго пребывать в этом состоянии. Хотя недавно я понял, что у него есть границы. Если их пересечь, то собраться уже не получится. Но я не пробовал, поэтому теория про границы не подтверждена.

Райли молчал.

– Что именно тебя все-таки интересует? Можете ли так вы? Можете. Но я не знаю, как вас этому научить, потому что не представляю, как это все работает. Ощущениям невозможно научить, а для меня распад – это ощущения.

– А давай попробуем? – Райли смотрел мне прямо в глаза.