Продравшись сквозь чащу леса и скалы, они наконец увидели ферму, притулившуюся в одной из незаметных, на первый взгляд, долин. Но назвать её древней язык не поворачивался. Дом выглядел так, будто его построили на прошлой неделе. Сыну фермера на вид было около двенадцати лет, его сестре — одиннадцать. Урожай из ярких, разноцветных леденцов радовал глаз.

— Видите? Вот оно, — сказала Надин.

Сквернавец шагнул вперёд.

— Сколько тебе лет? — спросил он парнишку.

— Триста два, — ответил тот. — А моей жене — двести девяносто восемь. Мы тут не видели путников уже лет пятьдесят, и последней была старая ведьма, наполнившая флягу нашей водой и быстро усвиставшая. Сколько леденцев тебе нужно для семьи?

— Пока нисколько. Зато я умираю от жажды. Попить не дадите?

Тем временем Надин поползла за сарай и обернулась человеком. Бекка поспешно протянула ей одежду.

— Спасибо, малышка.

— Ты морская ведьма! — Бекка отпрянула.

— Проклятье! Очередной провал! — Она снова стала змеёй, сбрасывая едва накинутую одежду, и стремительно скрылась из вида.

Бекка устремилась обратно к Сквернавцу.

— Надин — морская ведьма! — крикнула она.

Тот застыл на месте, переваривая её слова.

— Откуда ты знаешь?

Она поняла, что «малышки» с приподнятой ранее юбочкой может оказаться недостаточно, чтобы убедить Сквернавца, и зашла с другой стороны.

— Думай сам. Она не могла найти мать в пруду поблизости, но безошибочно отыскала путь к заброшенной ферме. Каким образом девочка оказалась посвящена в тайну, если сюда никто на протяжение пятидесяти лет не заглядывал?

— Что ещё за тайны? — недоумённо поднял бровь фермер. — У нас тут нет никаких тайн. Наша молодость сохраняется, благодаря ежедневному тяжёлому труду.

— Они ничего не знают, — с облегчением пробормотал Сквернавец. — Ты права, девчонка — морская ведьма. Где она?

— Обернулась змеёй и ускользнула, как только я раскусила её суть. Теперь мы никогда её не найдём.

— Кого? — озадаченно спросил фермер.

— Она опасна, — нахмурился Сквернавец. — Скорее всего, готовит для нас ловушку, предварительно отрезав от мира.

— Я могу превратиться в дракона и защитить нас, — напомнила Бекка.

— Дракон? Где? — забеспокоился фермер.

— От её коварных уловок таким образом не защитишься. Она способна брызнуть на тебя эликсиром молодости и превратить в младенца. После этого до меня ведьма доберётся с лёгкостью. Надо отменить всю цепочку событий.

— Вы вообще о чём? — простонал фермер.

Сквернавец сосредоточился и скользнул в лимб. Но на сей раз не один; схватив Бекку за руку, он втащил её с собой. Девушка понятия не имела, как вообще можно проделать подобный трюк, но быстро сообразила, что это логично, ведь она являлась одним из звеньев вышеупомянутой цепочки.

Они передвигались по лимбу, задерживаясь в разных моментах прошлого и наблюдая за неясными очертаниями наружного мира, пока не увидели симпатичную фигуристую женщину с маленькой девочкой, гулявших в лесу. Дочерью была нага Надин. У пруда женщина остановилась и подняла юбку. Бекка прикрыла глаза Сквернавца ладонью прямо перед тем, как сверкнули трусики, чтобы его не парализовало.

— Ну, спасибо, — саркастически буркнул он.