— Ты морская ведьма! — заявила Бекка.

Руки кентаврицы потянулись к её горлу: — Я задушу тебя, прежде чем он поймёт, что случилось!

Мигом обернувшись драконом, Бекка сомкнула зубы на её руке. Ксена завопила.

Сквернавец услышал крик и забился в объятиях кентаврицы, чтобы посмотреть, что происходит. А увидев, всё понял.

— Ко мне! — в свою очередь, крикнул он Бекке.

Драконесса полетела к нему и, опустившись на землю, вновь приняла облик девушки. Он схватил её за руку, и они скользнули в лимб, чтобы снова устремиться назад: во времени и пространстве, пока не засекли момент одержимости Ксены духом морской ведьмы. Это произошло уже после встречи с Надин, так что долго искать не понадобилось.

Ксена в образе троллины обнаружила особый ручей, от которого исходило свечение самой жизни.

— Это источник жизни! — воскликнул Сквернавец.

— Чем он такой особенный?

— По сравнению с целебным эликсиром, он как гора по сравнению с холмом. Разумеется, столько жизненной силы не нужно никому, поэтому никто никогда его и не искал. Но морскую ведьму он привлёк.

Ксена, опять превратившаяся в баобабку, погрузила в воду повреждённый корень, и тот мгновенно стал здоровым и невероятно мощным.

Мгновение спустя на её месте уже стояла кентаврица. Выражение её лица сменилось удивлением, отвращением — и, наконец, ликованием. Ксеной овладел дух морской ведьмы.

Они снова отпрыгнули назад во времени — в момент между обнаружением источника и одержимостью. Сквернавец вытащил обоих в прошлое и снабдил Бекку наставлениями:

— Представься, дай ей травы и отправь к тому месту, где мы познакомились.

— Ты всё ещё жаждешь увидеть её трусики! — поджала губы Бекка.

— Запомни две вещи, девчонка. Первая: она совершеннолетняя и имеет право показать мне трусики, если захочет. Вторая: трусики за несколько секунд между её превращениями разглядеть невозможно, и гонюсь я за хаосом, источник которого ещё не определил.

Он был прав. Бекка вела себя чересчур по-ханжески и подозрительно. Мораль его поступков девушку не касается. Тем более, опыт с морской ведьмой показал, насколько всё бывает хуже. Смутившись, она вышла поприветствовать Ксену.

— Привет, кобылка.

— Здравствуй, девушка.

— Я Бекка, драконесса.

— Вижу, и ты желаешь мне добра. Я Ксена, множественная… — внезапно она превратилась в огрицу. — Во мне раздрай; ну, и пускай.

— Раздрай? — уточнила Бекка, схватывая мысль на лету. — В этом твой талант?

— Талант другой, у каждой — свой, — покачала головой огрица.

— У каждого обличья свой талант? Вот это да!

— Бесконтроль — такая боль, — пожаловалась огрица, совсем не по-огрски грустнея.

— Тебе это всё не нравится? Ну, боюсь, с метаморфозами помочь не могу, но всё равно кое-что подарю. Эти травы защитят тебя от другой угрозы. Возьми, — и Бекка протянула Ксене духоловку.

— Девушки дары уберут кошмары? — потрясённо спросила огрица, принимая венок.

— Да, и…

Но грозная собеседница уже превратилась в супер-звезду.

— О, спасибо, — грациозно поблагодарил Бекку рот. — Чем тебя отблагодарить? Может, тарелочкой супа, прежде чем я опять изменюсь?

— Приму с радостью, — Бекка взяла тарелку дымящегося супа из чёрного картофеля и попробовала. Ничуть не хуже морковного! — Кажется, я видела твоё открытие секунду назад.