— Тебе надо перестать так часто и откровенно упоминать трусики, — предупредила спутника Бекка.

— Почему?

— Потому что девушкам не нравится, когда в них видят всего лишь обладательниц трусиков. Они хотят думать, что мужчин привлекает внутренний мир.

Он рассмеялся в ответ.

— Кому нужен внутренний мир? Убери трусики, и смотреть останется только на лифчик.

Как Бекка и предполагала, коса нашла на камень.

— Сквернавец, я обязана тебе помогать, хотя и считаю тебя законченным подлецом. Возможно, лучший способ тебе помочь — это заставить тебя понять, что ты никогда не впечатлишь принцессу или другую красотку своей речью. Тебе надо хорошенько её вычистить.

— ****! — выругался он.

— Именно. Если бы моё тело не находилось под властью морской ведьмы, уши бы заложило. Почему бы тебе не попробовать вести себя прилично со следующей девушкой, которая нам попадётся?

— Ну, я могу, — признался Сквернавец. — Просто не вижу смысла.

— Смысл в том, что ты не женишься на принцессе, если не изменишься, и твой талант, который она даже не заметит, ничем тебе не поможет. Производить на неё впечатление придётся своими силами. Без магии.

Он выглядел удивлённым.

— Никогда бы не подумал.

— А теперь давай поищем еду. Ты только что отменил превосходный обед.

Теперь они шли, оглядываясь по сторонам, но безуспешно. Эта часть леса в плане еды пустовала.

На тропе показалась ещё одна девочка. Милая, но совсем ребёнок, лет пяти.

— Ничего, — пожал плечами Сквернавец. — Никаких признаков хаоса, и она слишком мелкая для…

— Значит, тебе ничего от неё не нужно? — уточнила Бекка. — Постарайся быть приятным собеседником. Попрактикуешься.

— Ладно-ладно! — огрызнулся он. — Тогда ты от меня отстанешь?

— Да.

— Привет, прелестная малышка, — обратился к девочке Сквернавец, когда та приблизилась. Его голос звучал вполне по-дружески.

— Привет, странный незнакомец, — отозвалась она.

— Я Скороход, а это Бекка, которая умеет превращаться в дракона. Хочешь посмотреть?

— Да! — счастливо воскликнула та.

Бекка послушно превратилась в дракона и вытерпела поглаживания детских рук. Девочка назвалась Травницей, дочерью Хиатуса и Лиственницы, древесной нимфы. Как эти двое познакомились и завели семью — отдельная и долгая, но интересная история, завершением которой, как вы уже поняли, стала Травница. Талант девочки заключался в умении исцелять.

— Не так хорошо, как вода из целебного источника, — пояснила она. — Разные мелкие болячки. Может, когда я подрасту, мой талант тоже станет сильнее.

— Но почему ты гуляешь здесь одна? — спросил Сквернавец, стараясь, чтобы голос звучал заинтересованно. — Разве мать не ждёт тебя дома?

— Нет, она живёт слишком близко к безумию, — объяснила маленькая Травница. — Оно стирает грани реальности, издаёт странные звуки и иногда подбирается слишком близко к дому. Когда это происходит, я отправляюсь в замок Зомби. Я знаю, как пройти туда через лес.

— Охотно верю, — согласился Сквернавец, выбрав восхищённый тон. — Твоя мать уж точно позаботилась, чтобы ты не заблудилась.

— Да, хотя она не может покинуть своё дерево, как я. Ну, всего вам хорошего, добрые люди, мне пора, — и девочка, весело подпрыгивая через каждых два шага, устремилась дальше.

Сквернавец обернулся к Бекке.