– У тебя есть дети? – спросил я.

 Он коротко усмехнулся, блеснув глазами:

 – Три сына, две дочки, еще один ребенок... на подходе. – Он замолчал. – А у тебя?

 Я покачал головой.

 – Пока нет. Я не женат.

 – Твоя беда. И твое счастье.

 Я рассмеялся. Он неодобрительно засопел, словно я обидел его жену.

 – Девочки вырастают и становятся мамами, – сказал он. Пожал плечами. – Случается.

 Да, подумал я, мудрость проявляется в самых неожиданных случаях. Он покончил с яйцами и принялся за кофе.

 – Сигарету? – спросил он, вытягивая коробку из кармана рубашки. Забыл. Ты же не куришь. – Он щелкнул зажигалкой и с глубоким облегчением закоренелого курильщика вдохнул полной грудью. Каждый отдыхает по-своему мы с Ченчи находили то же самое в бренди.

 – Похитители этой ночью говорили с кем-нибудь еще? – спросил я.

 – В смысле?

 – По рации.

 Он резко поднял свое тонкое лицо, и семейный мужчина тут же исчез.

 – Нет. Говорили друг с другом, с семейством заложников, с нами. Ты думаешь, у них была рация? Почему ты так думаешь?

 – Мне интересно, не связывались ли они со своими дружками, которые удерживают Алисию.

 Он сосредоточенно подумал и резко покачал головой.

 – Эти двое время от времени говорили о том, что случилось, но так, как будто разговаривали друг с другом. Если они говорили по радии и не хотели, чтобы мы об этом узнали, то они очень умны. К тому же они должны были догадаться, что мы их уже подслушиваем и слышим каждое их слово. – Он еще немного подумал над этим и наконец еще решительнее покачал головой. – Нет, они не умники. Я всю ночь их слушал. Они злы, перепуганы и... – Он поискал понятное мне слово:

 – Это обычные люди.

 – Средние?

 – Да. Средние.

 – Все равно, когда ты возьмешь их; ты их обыщешь? Вдруг у них есть рация?

 – Ты лично хочешь знать?

 – Да.

 Он оценивающе посмотрел на меня.

 – О чем ты умалчиваешь? – спросил он.

 Я умалчивал о том, что Ченчи так горячо хотел сохранить в тайне, а Ченчи ведь платит мне. Я мог бы посоветовать ему откровенно поговорить с местными властями, но и только. Идти наперекор желаниям клиента – самая худшая вещь для бизнеса.

 – Я просто интересуюсь, – невинно сказал я, – знают ли те, кто стережет Алисию, что тут творится.

 – Подождем – узнаем, – сказал он. – Похитители не могут торчать в доме вечно. В конце концов выйдут.

 ***

 Ченчи мрачно начал с большой картонной коробки, стоявшей на столе в его кабинете. На коробке были яркие наклейки с надписью белым по красному "ХРУПКОЕ СОДЕРЖИМОЕ". Но это "хрупкое содержимое" пережило бы любое обращение. Правда, лишь до той поры, пока не попало бы в руки к бандитам.

 – Полтора миллиарда лир, – сказал он. – Банки устроили доставку из. Милана. Привезли их прямо в офис под охраной.

 – В этой коробке? – удивился я.

 – Нет. Они хотели получить назад свои кейсы, а коробка просто оказалась под рукой. – Голос его звучал устало. – Остальное прибудет завтра.

 Они поняли меня и действовали быстро, но проценты, которые они потребовали, разорят меня.

 Я молча кивнул в знак сочувствия, поскольку подходящих слов у меня не было: Затем я переоделся в свою шоферскую форму, отнес тяжелую коробку в машину, сунул ее в багажник и повез Ченчи домой.