– Я – Массий, сын Ругия, вождь свободного племени! Ты пришел в мою землю, торговец, не испросив моего дозволения.

– Прости, могучий… – робко заговорил Энкидду, в сердце которого затеплилась надежда. – Я много раз ходил этой дорогой, имея дозволение своего царя, великого Ашурбанипала. Я не знал, что теперь это твоя земля и нужно еще и твое дозволение…

– Ты должен был знать, торговец! За одно это я мог убить тебя и всех твоих слуг, но не сделал по своей огромной доброте! Чувствуешь ли ты благодарность, торговец?

– Да, я очень благодарен тебе, могучий… – заскулил Энкидду. – Благодарность моя не имеет границ…

– А если так, готов ли ты отблагодарить меня?

– Конечно, могучий… – поспешно отозвался Энкидду. – Все, что ты пожелаешь… – и он оглядел свой караван.

– Хорошо, торговец, – удовлетворенно проговорил скиф. – В благодарность за твою жизнь я пожелаю забрать все твои тюки, всю поклажу твоих верблюдов и ослов. Самих верблюдов и ослов я также пожелаю забрать – надо же мне на чем-то перевезти груз в свою ставку! Ну, и всех коней, разумеется…

– О, могучий! – воскликнул Энкидду в ужасе. – Но как же мои люди доберутся без коней до Ниневии? Ведь пешком отсюда много дней пути, а без еды и воды…

– А кто сказал тебе, торговец, что твои люди пойдут в Ниневию? Твои люди станут моими рабами, они пойдут в мою ставку и будут там чистить конюшни и ухаживать за моими лошадьми!

– О, могучий! Не будь так жесток!

– Жесток? – Скиф нахмурился. – Я подарил тебе жизнь, торговец! Но больше не слышу в твоем голосе благодарности и думаю, не отнять ли у тебя мой щедрый подарок?

С этими словами он снял с плеча лук и положил на тетиву стрелу с красным оперением.

В это время из толпы ассирийцев, которые жались друг к другу, как испуганные овцы, вышел храмовый служка и проговорил на скифском языке:

– Подожди, Массий!

– Что? – Скиф удивленно воззрился на молодого человека. – Кто ты, что смеешь меня останавливать? Я свободный вождь свободного племени и делаю только то, чего желает мое сердце. Как же ты смеешь останавливать меня?

– Я не покушаюсь на твою свободу, Массий. Но прежде чем ты убьешь этого торговца, выслушай меня.

– И не подумаю! – Скиф направил на него свой лук. – Прежде чем убить торговца, я убью тебя, дерзкий раб!

Но тут молодой человек достал из складок одежды какую-то металлическую бляху и показал ее скифу.

Тот опустил лук и удивленно произнес:

– Откуда у тебя этот знак?

– Нам нужно поговорить, Массий. И поговорить там, где нет чужих ушей.

Скиф кивнул, спешился и пошел к возвышающейся неподалеку скале.

Храмовый служка последовал за ним.

С одной стороны скала была отвесной, но с другой на ней были высечены широкие ступени, словно над этой скалой потрудился опытный каменотес. По этим ступеням Массий и храмовый служитель поднялись на скалу. Массий сел на камень и огляделся.

Вокруг на многие стадии раскинулось пустынное плоскогорье, на севере возвышались горы, увенчанные снежными шапками, к югу плоскогорье понижалось, спускаясь к долине великого Евфрата.

– О чем ты хотел говорить со мной, ассириец? – спросил наконец Массий.