Он с завистью подумал, что его товарищи смогут вести разговоры с этими двумя островитянами хоть всю ночь напролет. Потом ему, конечно, передадут их рассказы – Патрик или кто нибудь другой, – но дружескую беседу ничем не заменишь. Подсунув под голову тощую подушку, Кевин отчаянно шептал:

– Будь ты проклята, гадина! Будь ты проклята!

Глава 6. ЗАТИШЬЕ

Сезон дождей миновал. Дни стали длиннее, чаще налетали пыльные ветры, под палящим солнцем уже выгорела трава вокруг поместья Минванаби. Прежде в такую погоду правитель Десио старался без нужды не выходить из дому, но нынче то и дело изменял этому правилу. Он не мог налюбоваться двоюродным братом.

Тасайо был удостоен должности старшего советника, но ежедневно продолжал оттачивать свое воинское искусство. Вот и сегодня, как только над озером рассеялся утренний туман, он легко поднялся на вершину холма, неся на плече лук и полный колчан. Вокруг уже были расставлены соломенные чучела мишени. Не прошло и получаса, как они ощетинились стрелами, украшенными трехцветной лентой Тасайо: черная и оранжевая полосы дома Минванаби, прорезанные красным клином в честь бога Туракаму.

Подойдя поближе, Десио наблюдал, как оруженосец вытаскивает стрелы из мишеней. Тасайо давно заметил, кто направляется в его сторону, но повернулся только тогда, когда промедление могло бы показаться непочтительностью.

– Доброе утро, любезный кузен, – с поклоном произнес он.

Десио долго не мог отдышаться после крутого подъема. Утирая взмокший от пота лоб, он пожирал глазами своего родича, одетого в легкие кожаные латы с драгоценными железными накладками – военным трофеем из варварского мира. Из вежливости Тасайо протянул ему свой лук:

– Не желаешь ли поупражняться в меткости?

Правитель отрицательно помахал рукой. В это время к ним подошел оруженосец, сжимая в руках пучки стрел, и опустился на колени перед хозяином. Тасайо брал каждую стрелу за древко и одну за другой вонзал острием в песчаную почву.

– Что привело тебя сюда в столь ранний час, кузен?

Десио неотрывно смотрел, как у его ног растут ровные ряды стрел, словно это воины строились перед атакой.

– Бессонница, – бросил он в ответ.

– Вот как? – Тасайо начал новый ряд, выжидая, что за этим последует.

– Разве я могу спокойно спать, пока шпион Акомы разгуливает на свободе?

Тасайо натянул тетиву и почти не целясь выпустил стрелу. Описав дугу в прохладном утреннем воздухе, она впилась в намалеванное красным сердце соломенного чучела, стоявшего в отдалении.

– Мы установили, что шпионов – трое, – сообщил воин, словно о чем то обыденном. – К тому же область поисков сузилась. Утечка сведений происходит из казармы, из зернохранилищ и, по видимому, из кухни.

– Когда же мы узнаем имена предателей?

Вновь натягивая тетиву, Тасайо сосредоточился, но как только стрела поразила очередную мишень, ответил с прежним хладнокровием:

– Кое что будет известно уже сегодня, когда вернутся уцелевшие налетчики. Может, они уже дома. Впрочем, выявить предателя – это еще не все; наши планы простираются куда дальше.

– Сколько можно тянуть?! – не выдержал Десио. – Я хочу, чтобы Акому стерли в порошок!

Еще две стрелы просвистели в воздухе и попали точно в цель.

– Терпение, брат. Ты ведь хочешь покончить с Акомой раз и навсегда, верно? Значит, суетиться не стоит. Умный действует не спеша. Лучший капкан – тот, что не бросается в глаза, зато захлопывается без осечки.

Десио тяжело вздохнул и решил присесть. Сопровождавший его слуга проворно подложил хозяину подушку.

– Всем бы такую выдержку, – проворчал правитель. – Но я не привык медлить.

– Мне не всегда хватает выдержки, кузен, – возразил Тасайо.