Дирдре немедленно кинулась поддерживать отца, снова и снова называя его по имени. Но он отшатнулся от нее, словно от страшного врага. Работники «скорой помощи» уговорили его лечь на носилки, и промокшая насквозь компания, прихрамывая, в сопровождении трусившего рядом пса, поплелась к машине. Стену преодолели с гораздо большими усилиями, нежели прежде. Уотстон, завернувшись в одеяло, с трудом забрался в заднюю часть машины, за ним внесли мистера Тиббса, с лица которого исчезло восторженное выражение. Пса, пытавшегося вскочить следом, сурово отогнали.

– Возьмите его с собой вперед.

– Но он не… – недоуменно ответила Дирдре. – То есть… Я не знаю…

– Поторопитесь, пожалуйста. Чем скорее мы отвезем старика в больницу, тем лучше.

Дирдре полезла в кабину, но пес ее опередил. Когда она села, он забрался к ней на колени, взмахнул своим пышным хвостом, потом аккуратно свернул его и всю дорогу до Слау пристально глядел в окно.

Китти спокойно уселась на стул. Оглядела в зеркальце свое миловидное личико, слегка взбила кудряшки и разве что не подмигнула, приняв от сержанта Троя чашку чая. Барнаби вполне допускал, что ее хладнокровие совершенно неподдельно. Если учитывать, что теперь она находится в положении главной подозреваемой, оно свидетельствует или о безмерной хитрости, или об абсолютной невиновности, или о полнейшей глупости. Барнаби больше склонялся к последнему. Начал он с необходимых утешений:

– Страшное дело, Китти. Наверное, вы чудовищно огорчены.

– Да. Ужасно.

Сапфировый взгляд Китти скользнул в сторону и задержался на морковно рыжей копне волос, венчавшей голову Троя. Тот поднял глаза, перехватил ее взгляд, покраснел, ухмыльнулся и снова уставился вниз.

– Есть ли у вас предположения, кто мог желать зла вашему супругу?

– Да множество народу. Он был свинья свиньей.

– Понятно. – С нынешней миссис Кармайкл у них явно не возникнет таких проблем, как с предыдущей. – Себя вы включаете в это множество?

– Несомненно.

– Но ведь не вы отклеили ленту?

– Только потому, что первой до этого не додумалась.

«Смелая дамочка», – подумал Трой.

– Вы с Эсслином пришли в театр вместе?

– Да. Я сразу направилась в гримерную. Переоделась и загримировалась. Меня всю трясло. Спросите у Джойси.

– Что произошло во втором действии? – спросил Барнаби, понемногу подбираясь к сути вопроса.

– Этот подонок чуть не сломал мне спину.

– Насколько я понимаю, незадолго до этого он узнал, что вы завели роман.

– Роман?! – На лисьем личике Китти боролись за первенство испуг, возмущение и понимание. – Так вот из за чего он взбесился? Но откуда, черт побери, это стало ему известно?

– Вас видели.

– Чудесно. Вот сволочи, – она сердито взглянула на Барнаби. – И где меня видели?

– В осветительной ложе.

– Вот умора. – Китти хрипло и сдавленно хихикнула. – Бедняга Тим. Он будет в ярости.

– Не соизволите ли вы рассказать мне, кто ваш любовник?

– Но… – Она внезапно замолчала, и на ее лице появилось настороженное и задумчивое выражение. – Пожалуй, нет.