Следовало восстановить контрольно-следовую полосу. Отвести воду там, где это было возможно сделать вручную. Вот и отправились мы, вчетвером: я, Мишка Глушко, Вася и Марат Сагдиев. Все вооружены не только автоматами, но и лапатами, тяпками и граблями.

Сагдиев был обладателем нагрудного знака «отличник погранвойск», чем очень гордился. К слову, именно Марат вел нас в качестве старшего наряда.

— Вот непоседливая какая девчонка, — хмыкнул Миша, — где Наташка Иванова умудрилась найти себе такого «питомца»?

— Она мне не рассказала, — улыбнулся я. — Только и успела, что попросить ее подкармливать. А то не перезимует.

— Даже не знаю, какая муха ее укусила, ходить на границу за такой глупостью? — Причитал немного гнусавым голосом Сагдиев, — чего у нее, у молодой девчонки, занятий других, что ли, нету?

— Как в голову себе чего втемяшит, так не разубедишь, — глядя на гладкое, словно серое шерстяное покрывало, небо, сказал я.

— Больно долго ты ее знаешь, что б так судить, — рассмеялся Мишка Глушко.

— По ней сразу видать, — отшутился я. — Кто еще ночью, по такой погоде, попрется на границу?

— Ну. Не сиделось ей у теплой печки, — Миша застегнул бушлат под самое горло, поправил шапку, — а я б, на ее месте, посидел.

— Ну вот и дошли, — сказал я, осматривая лопнувшие, но снова спаянные нити системы, где мы брали нарушителей. — Ну, я погнал. Вася, давай припасы.

— Беги, подождем, — буркнул Сагдиев и закурил.

Потом, прищурившись, он уставился на мутный диск солнца, проглядывавший сквозь тонкие облака.

Бегом я прошел немного вперед, свернул на насыпь к системе связи. Продрался сквозь сухую колючку, оберегая лицо. Отсюда пройти нужно было совсем немного: метров пятьдесят.

Взобравшись на насыпь, я попал в небольшой лесок, стал быстро двигаться к нужному мне дереву — большому голому от листьев ореху, что потянулся своей раздвоенной кроной к небу. Под ним и была нора.

Я обошел большое корневище сзади. Пришлось двигаться тихо, чтобы не побеспокоить хозяйку логова. Когда нашел лаз, опустился к нему.

Между толстыми корнями в земле зияла неширокая дыра. Ребята говорили, что вчера оставили хозяйке немного хлеба. Теперь его не было. Видимо, как только пограничники ушли, зверь вышел наружу и унес подарок от людей себе домой.

Я полез в подсумок, достал заранее заготовленные Васей Уткиным кушанья. Аккуратно положил недалеко от норы и тут же удалился.

Сначала я подумал просто уйти, но потом засел за ближайшим можжевельником. Решил минутку понаблюдать. Вдруг покажется?

Нору отсюда было почти не видно, но если кто-то выйдет наружу, я это замечу. К счастью, ждать пришлось недолго.

Я увидел робкое копошение у корней. Из норки показался черный продолговатый носик. Он застыл, нюхая воздух.

Муська чувствовала мое присутствие. Опасалась выходить. Однако желудок быстро поборол нехитрый звериный разум, и уже спустя мгновение большая лиса выбралась из норы почти полностью. Снова принюхалась и глянула прямо на меня. Чутко замерла на месте.

Глава 3

Я затаил дыхание, боясь любым шорохом спугнуть внимательную лисицу. Муська же, слегка наклонила голову, потом посмотрела на лепешку, и покоившийся на ней кусок сала. Постояв так еще пару мгновений, пошла за едой.

— Раненная, — сказал я едва не беззвучно и нахмурился.

Лисица сильно хромала на заднюю ногу. Вот почему Наташа ее подкармливала. Знала, что сама она не может теперь охотиться. Да только как же Наташка умудрилась с этой лисой познакомиться? Как узнала, где она живет?

Муська тем временем с аппетитом съела сало.