Позабытая-позаброшенная Ленка молча грустила в уголке, держа в руке бокал с каким-то отвратительным на вкус пойлом. Ей было скучно и тоскливо. Она уже собиралась пойти домой, как неожиданно к ней подсела какая-то крупная девица, которую тоже никто не приглашал на танцы, и они разговорились. Выяснилось, что Артем разбил уже не одно девичье сердечко, но постоянной подруги у него так и не было.

– Поэтому мы так и обалдели, когда с ним вдруг явилась ты, – честно призналась толстуха. – Знаешь, как девчонки занервничали! – Она закурила по-деловому, а потом добавила, – а у тебя с ним что – серьезно?

– Не знаю, – пожала плечами Ленка. – Мы дружим уже год.

– Ого! Это тогда серьезно! – мрачно констатировала Вера и через несколько секунд смылась по-английски с вечеринки.

Поэтому то, что Артем вдруг ни с того ни с сего пришел к ней жить, совершенно помутило рассудок Ленки. Значит, все-таки выбрал меня! – колотилась где-то в груди одна и та же мысль. Ленка была абсолютно счастлива, порхала по комнатке, словно бабочка-лимонница, следила за чистотой, будто это была не съемная комната, а операционная, и даже стала подкрашивать глаза.

Ленке Артем, разумеется, не стал сообщать о том, почему он пришел к ней, о своем страшном открытии, о том, что он был взят из роддома приемышем. Поэтому простодушная девушка решила, что Артем просто поругался со своими и пришел к единственному близкому человеку. Она была наверху блаженства, что-то напевала про себя, смущалась, краснела, мчалась готовить что-нибудь вкусненькое на кухню.

Так прошло-пролетело два дня. А денег все не было.

Артем возлежал на диване, вытянув гудевшие от усталости ноги (весь день бегал по друзьям-знакомым – пытался занять денег, но никто не дал). Руки он положил под голову и закрыл глаза. Где же все-таки взять столько денег? Просить у матери? Которая вовсе ему и не мать – пошло и безнравственно, да и денег у нее нет, все проклятый алкаш пропил… В институте начать занимать – скорее всего, не дадут, там все жлобы такие, только в свой рот привыкли кусок класть. Ленка – та вообще нищета провинциальная, приехала в Москву учиться на вечерний, работает в магазине, а вечером лекции пишет. Перебивается с хлеба на воду. Откуда у нее деньги?

Артем злобно стиснул руки на затылке. Но ведь он во что бы то ни стало должен срочно придумать, где найти необходимую сумму. И он – ОН – найдет! Может даже ограбит кого-нибудь или вообще грохнет! (Артема передернуло). Иначе он не стоит даже гроша ломаного, а не то, что богатых и знаменитых родственников, о которых он так по-детски размечтался.

Да, губу раскатал он не хило. А вдруг, лысый и вправду окажется «пророком», и настоящие родители Артема на поверку будут незначительными мелкими служащими, а то и вовсе спившимися алкашами. Холодная волна разом окатила его от самой макушки до пяток. Нет! Он не должен себе позволять так думать о настоящих родителях – говорят, что мысль – субстанция материальная. Еще накличет на себя бед разных. Нет, все будет в шоколаде! Он найдет где-нибудь денег, потом отдаст их лысому, узнает, что отец его, скажем, бывший министр (а то и нынешний депутат или олигарх) – и, как говорится, дело в шляпе! Он уж ни перед чем не остановится, а добьется признания от настоящего отца.

В комнату вбежала Ленка. Глаза ее лихорадочно блестели, она деловито накрыла на стол, и через минуту комната наполнилась удивительно вкусными ароматами.

– Что это? – удивленно повел носом Артем.

– Это осетрина, тушеная с шампиньонами, – довольным голосом произнесла девушка.