|
Я тогда совсем помешалась от радости! Ходила все дни, словно безумная. У меня и в мыслях не было ничего плохого. Я думала, что Артем придет к деду, они поговорят, потом позовут меня, и мы будем радостно пить чай… И потом, – вдруг вскинулась она и снова стала похожа на хитрую рыжую лисичку, – где у вас доказательства, что такой ужас сотворил именно Артем? Лично я ничего такого не видела! – повторила она с вызовом. Вот! – девушка вскочила со стула и поправила прическу. – А дальше я буду беседовать с вами лишь в присутствии личного адвоката!
– А он у вас есть? – с иронией спросил Соловьев, все время сидевший спокойно, но теперь снова начавший нервничать из-за сумасбродства Малиновой. – Найду! Можете не сомневаться! – Очень хорошо, Марина Витальевна, – процедил Соловьев и взял мобильный, набрал номер и сказал: – Пехотин? Коваленко, восемнадцать, квартира двадцать два. Жду тебя с ордером на обыск и на арест подозреваемой Марины Витальевны Малиновой. Информацию можешь взять у Лепнева. Он в курсе. Документы должен был уже подготовить. Все, договорились. Жду. – Значит, все-таки арестовываете? – грустно и как-то безнадежно поинтересовалась вновь притихшая Марина. – Мы хотим вас на время изолировать от возможного контакта с вашим опасным братцем-близнецом. – Соловьев встал, прошелся по кухне, подошел к окну, потом как-то глухо произнес: – Вы, конечно, Марина Витальевна, можете сколько угодно защищать единокровного брата-убийцу. Но могут пострадать еще невинные люди, даже дети. Неужели вы не понимаете, что, отказываясь помогать следствию, вы себе же роете яму? Не говоря о том, что брат ваш, оставаясь на свободе, может натворить еще много «добрых» дел? Лучше бы вы сознались, где он укрывается… Все равно найдем. Но рыжая девушка упорно молчала, разглядывая узор на полу. – Ну, ладненько, – пробурчал следователь. – Тогда, как говорится, иди собирай вещички, да попей водички. Скоро за тобой приедет «черный воронок». Девчонки, помогите ей собраться, – он подмигнул сыщицам, – а главное, смотрите в оба, чтобы она не смылась. Малинова, хмыкнув и демонстративно пожав плечами, пошла в комнату переодеться. Яна и Маргоша последовали за ней, готовые к любым неожиданностям. Когда Малинову увезли, несколько оперативников осталось с понятыми производить обыск. *** Соловьев набрал Репнина и попросил его разыскать Савелия Родионовича – в Москве, в Киеве, у черта на рогах (по его собственному выражению), и срочно доставить старика для дачи показаний. – И не миндальничай там с ним, – тихо проговорил он в трубку, – похоже, дедок тот еще оригинал. Соловьев, Быстрова и Пучкова, посовещавшись, решили с утра пораньше навестить Наталью Николаевну Заволжскую в дачном поселке «Малахитовый». – Может, какой прок и будет от всего этого, – сказал в раздумье Соловьев, когда они садились в машину. Домчались они до поселка на удивление быстро. Калитка в заборе Заволжских оказалась приоткрытой – через нее Глафира на маленькой тачке вывозила осенние листья. – А-а, снова пожаловали, – почему-то неодобрительно хмыкнула она, увидев сыщиков. – Проходите, хозяйка дома. Вдова Заволжского казалась усталой и опустошенной. Она даже не встала, когда вошли сыщики. Только протянула руку, указывая им на стулья вокруг большого круглого стола в гостиной, где она сидела на диване и вязала на спицах. – Наталья Николаевна, – голос Соловьева поразил Яну своей суровостью, балансировавшей где-то даже на грани грубости, – сейчас не время для сантиментов. |
