Тусклое солнце садилось. Стиви Рей всем телом чувствовала, как оно покидает промозглое дождливое небо. Очень скоро аббатство снова придет в движение.

— Вот так, ты отлично справляешься. Ты сможешь, Рефаим. Но нам нужно торопиться, — шептала Стиви Рей, подгоняя пересмешника и стараясь успокоить собственную виноватую совесть.

Никто их не окликнул. Никто не бросился к ним, никто не заметил. И самое главное, они добрались до ямы даже быстрее, чем рассчитывала Стиви Рей.

— Ползи вниз. Тут неглубоко. Я придержу тебя, так что не беспокойся.

Рефаим не стал тратить силы на слова.

Молча кивнув, он повернулся, стряхнул с себя одеяло, а потом, с помощью Стиви Рей, державшей его за здоровую руку — как все-таки хорошо, что при всей своей силе и выносливости он оказался таким легким! — медленно и мучительно сполз под землю. Стиви Рей спрыгнула следом.

Очутившись в туннеле, Рефаим привалился спиной к стене, пытаясь отдышаться. Стиви Рей хотела было предложить ему отдохнуть здесь, но панический ужас перед тем, что друзья могут отправиться искать ее и застанут в компании пересмешника, заставил ее быть жестокой.

— Тебе нужно идти. Сейчас же. Немедленно! Вон туда, — она махнула рукой в густую тьму. — Там будет очень темно. Извини, конечно, но у меня не было времени раздобыть тебе фонарик или лампу. Справишься как-нибудь?

Он кивнул.

— Я издревле предпочитаю ночь.

— Вот и умница. Иди по туннелю, пока не дойдешь до того места, где вместо земляных стен начинаются бетонные. Там повернешь направо. Дальше будет немного сложнее, потому что чем ближе к вокзалу, тем чаще попадаются ответвления от главного туннеля. Никуда не сворачивай, понял? Главный туннель будет освещен — по крайней мере, я надеюсь, что не все наши лампы погасли. Короче, иди все вперед и вперед, пока не доберешься до света, еды и комнат с кроватями, бельем и всем необходимым.

— Там живут темные красные недолетки.

Это был не вопрос, но Стиви Рей все равно ответила.

— Да, они там. Пока там жили мы с нормальными красными недолетками, они держались подальше от главного туннеля и наших комнат. Я не знаю, чем они занимаются сейчас, и уж тем более не могу знать, что они с тобой сделают. Не думаю, что они захотят тебя слопать — извини, но пахнешь ты не слишком аппетитно. Но одно могу сказать наверняка — они… — Стиви Рей замолчала, подбирая подходящее слово. — Они не такие, как я и остальные наши.

— Они порождения тьмы. Но я сам такой, поэтому не боюсь их.

— Вот и прекрасно! Надеюсь, у тебя все будет хорошо. — Стиви Рей снова помолчала, будто не зная, что еще сказать, и наконец выпалила: — Может, как-нибудь увидимся.

Рефаим молча посмотрел на нее и ничего не ответил.

Стиви Рей нервно оглянулась назад.

— Ну вот, Рефаим. Теперь иди. И поскорее. Здесь тебе оставаться опасно. Как только отойдешь подальше, я обрушу эту часть туннеля, чтобы никто не смог тебя выследить, но все равно — поторопись!

— Я не понимаю, почему ты предала своих союзников, чтобы спасти меня, — глухо произнес пересмешник.

— Я никого не предавала! — крикнула Стиви Рей, но тут же опомнилась и испуганно понизила голос. — Я просто не убила тебя. Разве это означает, что я предала своих друзей? По-моему, я просто сделала еще один выбор и выбрала жизнь, а не смерть. Помнишь, я тебе говорила, что однажды выбрала добро? Разве мой теперешний выбор чем-то отличается от прежнего?

— Неужели ты не понимаешь? Решив спасти меня, ты тем самым сделала выбор в пользу того, что сама же называешь злом.

На этот раз Стиви Рей долго смотрела на него, прежде чем ответить.