— Извини. Я и подумать не мог…

Она вскочила.

— Конечно, не мог. Разве ты можешь о чем-то думать помимо своей работы? По сравнению с ней все остальное — ничто!

Она сорвала с плеч халат и через стол швырнула в него. Ее обнаженное тело блестело в свете настольной лампы.

— Посмотри на меня! Ничего не изменилось. Все осталось таким же. Я не состарилась и не превратилась в уродину.

— Нет. — Он смотрел на Джейн. — Ты прекрасна.

— Нет, ты прекрасна, — с сарказмом повторила она. — Скажите мне, мистер Пастырь, если бы перед вашим столом разделась другая женщина, вы бы тоже не сдвинулись с места и отреагировали вежливым «ты прекрасна»?

Молча он поднялся, с халатом в руках обогнул стол, направился к ней. Попытался накинуть халат ей на плечи.

Она вывернулась, и халат упал на пол.

— Не трогай меня! Мне не нужно, чтобы ты трахал меня из жалости!

Она шагнула к двери, открыла ее.

— Ты был прав, — холодно продолжила она. — Какая же я дура. Мне следовало сделать аборт, как ты и предлагал!

Несколько мгновений он смотрел на закрывшуюся дверь, поднял халат, вернулся к столу. От халата шел слабый запах ее духов. Он бросил халат в кресло, сел за стол, долго смотрел на халат. Наконец, положив на стол сцепленные руки, коснулся их лбом.

— Я ничего не понимаю, Господи, — прошептал он. — Объясни мне. Что со мной происходит?

На этот раз Джейк Рэндл передал право первого удара другому. Говорил Дик Крэйг. Но Пастырь, глядя на папку с аккуратно отпечатанными документами, которые роздали членам совета в самом начале заседания, чувствовал, что подготовка к этому удару заняла не один месяц.

Начал Крэйг с комплиментов.

— Важно, чтобы все мы поняли, что предложенные изменения не являются оценкой работы кого-либо из членов совета директоров и не выражают нашу неудовлетворенность теми впечатляющими результатами, которых добилась наша церковь под руководством доктора Толбота.

Лицо Пастыря оставалось бесстрастным, он ничем не выдал себя, не дал понять, что от него не укрылся истинный смысл вступления: ему объявили войну. Пусть они думают, что одержали победу в своем Перл-Харборе. Он продолжал слушать Крэйга.

— Наш план — осознание того, что проблемы, стоящие перед нашей церковью, и работа по управлению ее делами становятся непосильными для одного человека, и было бы несправедливо с нашей стороны позволить доктору Толботу, хотя он никогда и не жаловался, нести на своих плечах столь тяжелую ношу. Именно этим обусловлено наше предложение ввести в наш совет четырех директоров, каждый из которых возьмет на себя определенный участок работы, разумеется, под началом доктора Толбота.

Мы досконально проверили этих людей, у них прекрасные рекомендации, они много и успешно работали в других церквях. Двое из них получат пост заместителя пастора. Это доктор Томас Соренсен, работавший ранее заместителем пастора в церкви Свободных баптистов в Линчбурге, и доктор Марк. Райкер, ранее заместитель декана теологического факультета в университете Орэла Робертса. Далее мы рекомендуем ввести в состав совета директоров мистера Сэнфорда Кэррола, работавшего в «Кристиан бродкастинг нетуок». Предполагается, что он возьмет на себя подготовку новых программ и маркетинг. Четвертым мы рекомендуем мистера Саттера Дункана, в прошлом партнера в бухгалтерской фирме «Прайс, Уотерхауз и компани». Он заменит миссис Беверли Вашингтон, оставившую в прошлом месяце посты секретаря и казначея.