– Я бы предпочла позавтракать с тобой.

Он улыбнулся:

– Хорошо. Но когда тебе захочется отдохнуть, можешь попросить о чем угодно моих слуг и поспать.

– Я даже не знаю, смогу ли заснуть. Я хочу касаться тебя, смотреть на тебя и слушать тебя и вообще вести себя так, как снедаемая любовью молоденькая девчонка.

– В таком случае мы оба будем выглядеть глупенькими, – ласково сказал Симон и поцеловал ее в нос. – Только, пожалуйста, не говори на людях, что я безумно влюблен. А то меня безжалостно засмеют.

– А если не на публике?

– Не имею возражений, душа моя. Люди всю жизнь живут и не понимают, на какие чувства они способны. Я начинаю думать, что все таки есть благосклонное ко мне божество.

– Это все как во сне, – сказала с улыбкой Жоржи.

И, чувствуя себя так, словно оказались в новообретенной волшебной стране, они вместе искупались, оделись и позавтракали, как если бы это было совершенно привычным для них делом. Будто они всегда знали и нежно любили друг друга. Она читала утренние газеты, пока он просматривал десятки посланий, которые получил, временами их взгляды встречались, и они дарили друг другу ослепительные улыбки.

– В моем нынешнем настроении я способен бросить вызов целому миру и уж по крайней мере Меттерниху, – бодрым голосом произнес Симон, отодвигая бумаги. – Прошу меня извинить: я должен ненадолго отлучиться – необходимо встретиться с Александром. Ты найдешь чем развлечься в мое отсутствие? Часть моей библиотеки находится здесь.

– Это меня устроит.

– Я постараюсь скоро вернуться. Меня ожидают более приятные вещи. – Поцеловав ее, он поднялся из за стола. – При благоприятном стечении обстоятельств все это не должно занять более двух часов.

– Я буду ждать.

Симон опустил черные ресницы.

– Это серьезная причина для того, чтобы поторопиться.

Прошло каких нибудь десять минут. Жоржи не успела допить вторую чашку кофе, как вошел мажордом Симона и объявил о приходе визитера. Должно быть, в ее глазах отразилось смятение, ибо мажордом тут же справился:

– Может, ей следует отказать?

Жоржи не была уверена, что даже полный величавого достоинства Малкольм способен испугать принцессу де Буасси – это еще никому не удавалось.

– Это излишне, Малкольм. Мы с принцессой старинные друзья.

– Очевидно, ты выиграла ожерелье, – бодрым голосом заявила принцесса, входя в комнату, где завтракала Жоржетта. – Наряду с другими приятными призами, о чем можно судить, взглянув на твое лицо. – Она обвела рукой столовую. – А это твое нынешнее обиталище.

– Входи, Каролина, – пригласила Жоржи, не в силах скрыть счастливой улыбки. – Да, ты права. А каким образом ты нашла меня?

– У моих слуг была информация еще до того, как я проснулась, наивная ты душа. Жюльетта и Эмилия буквально идут по моим следам, – продолжила она, бросая роскошную соболью накидку на стул. – Он действительно так великолепен, как о нем говорят? Расскажи мне все, – мягким, вкрадчивым голосом попросила она, опускаясь в отделанное позолотой кресло.

Но Жоржи не успела начать рассказ о тех подробностях, которые можно было поведать, так как Малкольм объявил о приходе еще двух ее подруг. Они появились запыхавшиеся, с широко распахнутыми от удивления глазами.

– Дорогая! – воскликнула Жюльетта. – Ты уютно устроилась в его доме. Как тебе это удалось?

– Map никогда не привозит дам к себе, – пояснила Эмилия, внимательно оглядывая солнечную столовую, словно желая запечатлеть в памяти все детали на будущее. – Талей ран не находит себе места от любопытства.

– Мы нашли, что у нас много общего.