– Как бы там ни было, а вам стоит переодеться. Путь до дома не близок, – сказала Кэсси.

Взяв одежду, дети отошли в сторонку, Кэсси с возрастающим беспокойством ждала, когда же из за деревьев покажется Коуди. Реб успокаивающе потрепал ее по руке.

– Да не волнуйся ты так, Кэсси, он вернется, – мягко проговорил он и, немного помявшись, спросил: – Ты, должно быть, сильно в него влюблена?

– А что, так заметно?

– Для меня – да. Возможно, потому, что я сам испытываю подобное чувство к Ирен. Она прекрасная женщина. Слишком хорошая для такого, как я.

– Ты не прав, Реб. Ты замечательный человек. И мы все стольким тебе обязаны! Ведь если б не ты, кто знает, что случилось бы со мной, детьми, Коуди. Сам понимаешь, за жизнь Эми и Брэди никто не дал бы и цента, если бы они оказались в руках своего дядюшки.

– Я сразу поехал за тобой и Коуди, – застенчиво, объяснил Реб! – Я поклялся, что искуплю свою вину, и мне это, к счастью, удалось. Но как только Коуди вернется, я уеду. Ты не могла бы передать от меня привет Ирен?

– Конечно, передам. Но тебе вовсе не обязательно оставлять ранчо. Я уверена, что и Коуди хочет, чтобы ты остался.

– А что я там буду делать? Ухаживать за скотом? Куда мне! Это же просто смешно! Какой толк от беспомощного инвалида… Господи Боже! Просто скажи Ирен, что я… что я… Ох, черт, не надо ей ничего говорить! Что это изменит?

– А почему бы тебе самому не объясниться с Ирен? – спросил Коуди, неслышно появляясь из за деревьев. На лице его сияла широкая улыбка.

– Папа!!!

Эми первая бросилась к Коуди и с разбега прыгнула в его объятия. Он опустился на колени и прижал к себе ее и Брэди. Волна огромного облегчения затопила Кэсси: девушка даже не подозревала, насколько глубока ее любовь к Коуди… Заметив на его рубашке кровь, она испугалась:

– Ты ранен, Коуди? – спросил Реб с оттенком восхищения

– Обычная царапина, – ответил он, беспечно отмахнувшись. – Считай, что я просто неосторожно побрился.

– Я ожидал, что этот подлец попробует подстроить какую нибудь гадость. Так оно и вышло. Но меня удивило, как точно он сумел выстрелить. Чувствуется опыт. Видимо, этот Конрад тот еще головорез.

– А он… ты его?..

– Нет, я его не убил – если ты это имеешь в виду. Но пройдет очень много времени, прежде чем он снова сможет взять в руки оружие. Ладно, хватит об этом подонке. К отъезду все готово?

– Сначала я осмотрю твою рану, – заявила Кэсси непререкаемым тоном.

Не дожидаясь ответа, она залезла в одну из седельных сумок Коуди, достала оттуда чистую рубашку и стала рвать ее на полосы.

– Эй, что ты делаешь?! Это же моя любимая рубашка!

– Успокойся. Сядь и подожди, пока я наберу из ручья воды.

Коуди оказался прав – рана действительно была несерьезной. Кровь уже остановилась; пуля лишь оцарапала кожу левой руки, не задев ни кости, ни мышц. Конечно, пару дней рана поноет, но если исключить возможность заражения, то ничего страшного не произошло.

Реб переминался с ноги на ногу, ожидая, пока Кэсси промоет и перевяжет руку Коуди.

– Ну если все в порядке, то я поехал, – сказал он, Увидев, что она закончила «возиться с ерундой», по выражению Картера. Коуди нахмурился:

– Куда это, к дьяволу, ты намерен ехать? Реб пожал плечами.

– Пока не знаю. Скорее всего обратно в Додж Сити.

– И что ты там будешь делать? – требовательно спросил Коуди.

– Наверное, то же, что и раньше: поденная работа то там, то тут.

– Не понимаю. Тебе что, не нравится работать на ранчо? И, кроме того, Ирен будет за тебя переживать.