|
Они точь в точь повторяли заявление Лайзы, и Коуди мгновенно вспомнил, как женщина, которая ему нравилась и которую он собирался взять в жены, в ответ на его предложение расхохоталась ему в лицо. Она отвергла его потому, что он был сыном индианки и белого; а может, потому, что он незаконнорожденный сын этого белого… Впрочем, какое это имеет значение! Кэсси оказалась точно такой же.
– Тебя волнует то, что я метис? – сдерживая себя, спросил Коуди; глаза его словно превратились в две голубые льдинки. – Вроде бы тебе это не мешало, когда мы занимались любовью. Или ты не хочешь выходить замуж за ублюдка? Кэсси была огорошена. Разве она когда нибудь хоть намеком упрекала его в том, что он полукровка? Мысленно она поправила себя: во всяком случае, она этого не делала, как только узнала его достаточно близко. Если бы Коуди просто сказал, что любит ее, она тут же ответила бы на его предложение согласием… – Ты же знаешь, что меня эти вещи абсолютно не волнуют, – тихо проговорила она. Коуди презрительно расхохотался: – Не делай из меня дурака! Я бы не предложил тебе выйти за меня замуж, если б не попал в такое отчаянное положение. Я знаю, что семейная жизнь – не для таких, как я. А раньше я делал тебе предложение только из боязни, что ты можешь забеременеть. Он гневно смотрел на Кэсси, не подозревая, что его слова впиваются в ее сердце, как тысячи острых колючек, причиняя такую боль, что она не в силах больше выносить ее… Задыхаясь, Кэсси вскочила из за стола. Бумаги разлетелись по полу. – Оставь меня одну, Коуди! – в отчаянии крикнула она. – Ради Бога, оставь меня! Это все, о чем я тебя прошу! – Ты чертовски права, – огрызнулся Коуди. – Что ж, должна же найтись в городе хоть одна женщина, которая согласится выйти за меня! С этими словами он выбежал из кабинета, громко хлопнув дверью. Вытирая выступившие слезы, Кэсси уже собиралась броситься за ним, но остановилась: пусть еще немного помучается, прежде чем она даст свое согласие на брак. Даже если Коуди ее не любит, в ее сердце хватит любви для двоих. Может быть, со временем он оценит эту жертву, на которую она готова пойти ради детей. Ничего, что сейчас он к ней совершенно равнодушен. Когда нибудь… Кэсси посмотрела в окно и увидела, как Коуди промчался на лошади мимо, по направлению к Додж Сити.
Глава 17
Коуди пустыми глазами смотрел на стакан в своей руке. Прошло два часа с тех пор, как он вломился «Длинную скамейку», заказал бутылку виски и начал медленно, планомерно напиваться. В это время суток посетителей в салуне было немного, и это вполне устраивало Коуди: мрачное состояние духа, в котором он пребывал, отнюдь не требовало большого общества. Чел больше он пил и чем дольше сидел за столиком, тем обиднее казался ему ответ Кэсси на его предложение. Конечно же, она за него не выйдет. Совершенно ясно, что муж метис ее не устраивает, хоть она в этом и не призналась. А у него ко всему прочему даже НЕ законного права носить свою фамилию. Как он родился ублюдком, так и останется им до последнего дня жизни. Теперь то он отчетливо видит: Кэсси точно такая же, как Лайза или любая другая «честная» женщина. Он был хорош для них только как любовник. Они с удовольствием спали с ним, но видеть его в качестве считали ниже своего достоинства. Ну и черт с ними, с «честными»! Зато Эми и Брэди любят его, а это единственное, что имеет значение. Все остальное – е рун да… Мысли Коуди начали путаться, перед глазами все расплывалось. Трясущейся рукой он поднял бутылку и вылил остатки виски в стакан. Задумчиво повертев стакан в руке, он поставил его на стол, опустил голову и, уставившись на донышко, стал угрюмо рассматривать золотистый напиток… Уэйн и Холли задержались на верхней ступеньке лестницы. |
