Внимательнейшим образом осмотрев медальон и не найдя скрытых кнопок и других видимых активаторов запорного механизма, который должен быть – уж очень легка золотистая находка, – я легонько сжал его в руке.

Сперва раздался отчетливый хруст. Мое лицо удивленно вытянулось. Подобное чувство, может статься, испытывал бабкин дедка, когда курочка‑ряба снесла не золотое, а простое (куриное) яичко, а он по привычке ухватил его всей пятерней.

– И что это было? – спросил я сам себя, осторожно разжимая пальцы.

Половинки медальона стремительно разошлись подобно створкам моллюска или женской пудренице, и мне в глаза ударил яркий свет вспышки, а в нос – приторный аромат благовоний.

Приглушенный хлопок оповестил мои уши о том, чего не в состоянии увидеть нокаутированные солнечным зайчиком глаза, – медальон закрылся.

– Апчхи! – раскатисто чихнул я, едва не разбив нос рукоятью меча, когда попытался прикрыть его ладонью кибернетической руки.

– Стоим и бдим!!! – мощно проревело многоголосие со всех сторон.

От неожиданности я взлетел ввысь, хотя левитацию не применял, поскольку не умел. Как говорится, рожденный ползать пользуется услугами «Аэрофлота».

– К‑кто з‑здесь? – Яростно моргая, я попытался разогнать настойчиво кружащиеся перед глазами цветные кляксы.

– Стоящие и бдящие! – последовал незамедлительный ответ.

Плотно, зажмурив глаза, я досчитал до десяти, надеясь, что никто не воспользуется моей временной беззащитностью. Раз, два…

Ни стука подошв о камень, ни звона оружия. Лишь мое хриплое дыхание и приглушенный звон в ушах. … три, четыре… Хлопок – и удивленное:

– Ваур?

… пять, шесть…

– Ваур! – В голосе Тихона появляются предостерегающие нотки.

… семь, восемь…

Снова хлопок, стук копыт и гневное ржание единорога.

… девять, десять.

Приоткрыв глаза, я обнаружил, что цель достигнута. Причем не одна. Мое зрение прояснилось и позволило не только рассмотреть «стоящих и бдящих», но и с большой вероятностью предположить, что я попал‑таки во дворец. Где еще может находиться трон?

Мы шли, шли… и, наконец, дошли. И что? Первый вопрос, пришедший на ум: «Не пора ли убегать?» – и следом, как приговор: «А дверей‑то и окон нету…»

ГЛАВА 9

Вокруг да около трона

Если долго мучиться и лишь потом получится, то диагноз очевиден – мазохист.

Маркиз де Сад об удовольствии

– Э‑э‑э… – На этом связные мысли закончились, и я захлопнул рот. Зубы клацнули, словно сработавший вхолостую капкан, и заныли, обиженные на то, что хитрый язык на этот раз успел‑таки спрятаться.

– Стоим и бдим! – мгновенно прореагировали на посторонний шум стражники, отсалютовав зажатыми в руках метлами, что как‑то не вязалось с мощными торсами и по‑кабаньи клыкастыми мордами.

Стоя плечом к плечу, они монолитной стеной ограждали трон, спинка которого, увенчанная короной, едва‑едва возвышалась над их головами, и местного правителя, восседающего на нем. Это если исходить из верности народной приметы относительно того, что «свято место пусто не бывает» и, значит, кто‑то да занимает его.

Джинн высунулся из кармана, окинул взором обстановку и изрек древнюю восточную мудрость, тайный смысл которой столь сильно завуалирован, что я теряюсь в догадках относительно того, каким боком она уместна в данной ситуации.