Лишь только первая волна радости схлынула, как тут же навалились проблемы. Желудок, за прошедший день не получивший ни грамма пищи, если не принимать за таковую проглоченную пробку, болезненно напомнил о своих насущных потребностях, дальнейшее игнорирование которых чревато язвой. Это если удастся прожить достаточно долго, чтобы начать расплачиваться за грехи молодости. А для этого нужно найти способ выбраться за пределы этого неправильного замка, где во дворце без окон и дверей стражниками, изображающими дворников, командует шут, корчащий из себя повелителя; где в покосившейся башне обитает противоречащее постулатам демонологии привидение; где открытая площадь является ловушкой с невидимыми, но надежными решетками. Как же мне надоело это место со всеми своими странностями и непонятностями!

Решив, что терять мне по большому счету нечего, я решительно приблизился к трону с твердым намерением получить ответы на свои вопросы.

– Стоим и бдим! – взмахнули метлами при моем приближении стражники.

Но это меня не остановило. Я, удерживая кибернетическую руку с зажатым в ней мечом демонстративно опущенной, левой попытался отстранить стоящего на пути здоровяка и, не встретив сопротивления, провалился сквозь него вперед – к подножию трона.

– Уйди прочь! – поджав ноги и выставив перед собой королевскую медаль, заверещал карлик. – Стража!

– Стоим и бдим!

– Призраки, – шепнул я и в подтверждение собственных слов проткнул пальцем грудь ближайшего охранника трона. – Они все призраки.

– Уйди‑уйди… – затрясся карлик, подрастерявший всю свою спесь.

– Не бойся, – попытался успокоить его.

– Отдай мне меч.

– Зачем? – опешил я.

– Отда‑а‑ай, – жалобно канючил шут, забравшийся на трон.

– Не могу, – честно ответил я.

Дался им этот меч. Кибернетическая рука вцепилась, не хочет и на миг выпустить рукоять из своих пальцев. Призрак из башни пытался завладеть им. Хотя может статься, что меч раньше принадлежал ему и он только хотел уберечь его. Теперь еще и этот…

– Я золота за него дам, – предложил карлик. – Много.

– Нет, – покачал я головой.

– По‑хорошему прошу – отдай!

– Зачем он тебе?

– Не твое дело, – отрезал шут и начал сползать с трона. – Пошли, покажу золото.

– Да не нужно оно мне, – отмахнулся я.

Хорошо, что больше никто этого не слышал, а то подумали бы, что дурацкий колпак не на ту голову надет.

Потянувший из кармана дымок показал, что уж одна‑то пара ушей не только услышала брошенную сгоряча фразу, но и сделала соответствующие выводы.

– Тоже мне, Раскольников, – прошипел мне на левое ухо джинн, полупрозрачным облачком опустившись на плечо. – Родную бабку за горсть сребреников замочить собирался, а теперь ему и сундук золота не нужен.

«Какую бабку? – про себя удивился я. – Какой Раскольников? И горсть сребреников – это сколько? Тринадцать? Столько же, сколько человек на сундук мертвеца… Совпадение или какой‑то тонкий намек? Если намек – то уж очень он тонок, не рассмотреть».

– Много золота, – облизнув губы длинным языком, карлик развел руки в стороны. – Бери сколько унесешь. В обмен на старый бесполезный ржавый меч.

– Нет, – решительно отказал я. – За бесполезный меч золотом не платят.

– Упустишь удачу, – прошипел на ухо джинн. – О неразумный сын дикого ишака.

– Тьфу‑тьфу! – От сглаза я сплюнул через левое плечо.