|
.. - О! - прошептала молодая женщина. - Прогнать вас! Какое слово вы произнесли, Реми! - Если вы будете упорствовать в этом решении, - продолжал Реми, словно она ничего не сказала, - я-то знаю, что мне делать, и наши долгие исследования, которые тогда станут бесполезными, завершатся для меня двумя ударами кинжала: один из них поразит сердце известного вам лица, другой - мое собственное. - Реми! Реми! - вскричала Диана, приближаясь к молодому человеку и повелительно простирая руку над его головой, - Реми, не говорите так! Жизнь того, кому вы угрожаете, не принадлежит вам, она - моя: я достаточно дорогой ценой заплатила за то, чтобы самой отнять ее у него, когда придет час его гибели. Вы знаете, что произошло, Реми, и это не сон, - клянусь вам, - в день, когда я пришла поклониться уже охладевшему телу того, кто... Она указала на портрет. - В этот день, говорю я вам, я прильнула устами к отверстой ране - и тогда из глубины ее ко мне воззвал голос, его голос, говоривший: - Отомсти за меня, Диана, отомсти за меня! - Сударыня!.. - Реми, повторяю тебе, это не было марево, это не был порожденный бредом обман чувств; рана заговорила, она говорила со мной, уверяю тебя, я и ныне еще слышу сказанные шепотом слова: "Отомсти за меня, Диана, отомсти за меня!" Верный слуга опустил голову. - Стало быть, мщение принадлежит мне, а не вам, - продолжала Диана. - К тому же, ради кого и из-за кого он умер? Ради меня и из-за меня. - Я должен повиноваться вам, сударыня, - ответил Реми, - потому что я ведь был так же бездыханен, как он; кто велел разыскать меня среди трупов, которыми эта комната была усеяна, и вынести меня отсюда? Вы! Кто исцелил мои раны? Вы! Кто меня скрывал? Вы, вы, иными словами - вторая половина души того, за кого я с такой радостью умер бы; итак - приказывайте, и я буду повиноваться вам, только не велите мне покинуть вас! - Пусть так, Реми: разделите мою судьбу; вы правы: ничто уже не должно нас разлучить. Реми указал на портрет и решительным тоном сказал: - Так вот, сударыня, его убили вероломно, и посему - отомстить за него тоже надлежит вероломством. А! Вы еще кой-чего не знаете; вы правы, десница божия с нами; вы не знаете, что сегодня ночью я нашел секрет Aqua-tofana [аква-тофана (лат.)] - этого яда Медичи, яда Рене-флорентинца. - О! Это правда? - Пойдемте, пойдемте, сударыня, сами увидите! - Да. Но нас ждет Граншан. Что он скажет, не видя нас так долю, не слыша наших голосов? Ведь ты хочешь повести меня вниз, не так ли? - Бедняга проскакал верхом шестьдесят лье, сударыня; он совершенно измучен и сейчас спит на моей постели. Идемте! Идемте! Диана последовала за Реми. 30. ЛАБОРАТОРИЯ Реми повел Диану в соседнюю комнату, нажал пружину, скрытую под одной из дощечек паркета, и потайной люк, тянувшийся от середины комнаты до стены, откинулся. |
