Пушок счастливо пролаял и, сбив меня с ног, бросился к Рексу, с тем чтобы, загнав его под сани Деда Мороза и оставив там с обслюнявленной мордой, уделить немного своего внимания и остальным.

    Отряхнув штаны и оправив рубаху, я попытался придать своему виду суровой решительности, а голосу ледяной твердости, но, рассмотрев надутые девичьи лица, враз сдал позиции и, чувствуя беспокойство, спросил, что случилось.

    Леля с обидой посмотрела на Ламииру и промолчала. Длинноногая блондинка вернула ей взгляд, долженствующий выражать оскорбленную невинность, и тоже не обронила ни слова.

    – И что это значит? – спросил я.

    Фрося сползла со спины кобылы и, прижавшись к боку Гнедка, уткнулась носом Добрыне в коленку.

    – Что стряслось?!

    А в ответ тишина.

    – Так и будем молчать? – Теряя терпение, я повторил свой вопрос.

    – Вас кто-то обидел? – грозно вопросил рыцарь печального образа, пытаясь укрепить рукоять меча в за

    бинтованной руке.

    – Только вы уехали,- пожав плечами, заговорила черноглазая блондинка,- как приехал какой-то Д…д…д… не помню. Короче, святоша с посланием от Ливии.

    – Что с ней? – вскричал я.- Она попала в беду?

    – С ней все в порядке,- заверила меня Ламиира.

    – Где послание?! Дайте мне, я хочу поскорее прочитать его.

    – Он передал его на словах,- сказала Леля.

    – Нашли кому верить,- скривилась блондинка.

    – Не томите,- попросил Добрыня.- Он же словно на колу дергается.

    – В послании говорилось следующее.- Прикрыв глаза, видимо, чтобы не пропустить ничего существенного, Леля принялась ровным голосом излагать устное послание.- Сегодня, завтра и каждый следующий день она ровно пополудни будет ставить свечку Деве Марии и молить ее о милости… что-то там еще… не помню. А дальше следующее. Если ты захочешь с ней увидеться, то уже знаешь, куда идти. Вроде все.

    – Святой отец что-то еще говорил?

    – Ничего.

    – Говорил,- высунув нос из-под ладони Добрыни, заявила конопатая девчушка.

    – Что?

    – Благословляю вас. Во имя…

    – Это несущественно,- отмахнулась Ламиира.- У него работа такая – всех направо и налево благословлять.

    – Что-то еще?

    Ее ответ заглушил трубный рев, и вслед за ним, идя на бреющем полете, появился Змей Горыныч.

    – За деревья! – скомандовал Добрыня Никитич, усадив Фросю на руки Деду Морозу и разворачивая волшебные сани вручную.

    Дон Кихот, отчаявшись вооружить правую руку, сунул меч в ножны и взял в левую копье.

    Щенок кавказской овчарки пригнулся к земле и ощерил клыки. Вставшая дыбом шерсть визуально увеличила его вдвое.

    Я проглотил слюну, почему-то скопившуюся во рту, и, взобравшись на спину Рекса, потянулся за мечом.

    Приближавшийся дракон, похоже, вдвое вырос со времени нашей последней встречи. А морды стали еще наглее и злобнее.

    «Какой же он огромный и ужасный!» – подумалось мне.

    Но только не с точки зрения северного оленя, который, ощутив привычную тяжесть на спине, без лишних раздумий ринулся на врага.