Дернувшись, понимаю, что застрял.

    Ухватив меня за ноги, Добрыня потянул.

    – Не идет,- удивленно сообщил он.- Большой вырос. Дон Кихот, пособи.

    Что-то волосатое коснулось моего носа.

    – Брысь!

    Поскольку руки ушли глубоко в нору и пошевелить могу разве что пальцами, попытался, резко дунув, воздухом прогнать невидимого щекотуна.

    Поднятая мною пыль по закону подлости моментально набилась в нос.

    Вот результат – чихнул, до звездочек пред глазами приложившись лбом о твердый выступ. Нужно было надеть авентайл…

    – Взяли, тянем-потянем,- командует снаружи былинный богатырь.

    Но не вытянули. Уж очень плотно вошел я в нору, впору вспоминать совет гостеприимного Кролика лишенному скромности Винни-Пуху: «Жрать меньше нужно было на халяву». Впрочем, нет! Это он подумал, а сказал иное: «Нужно подождать, пока похудеет».

    – Я беру за ноги,- по-научному подходя к вопросу, распорядился Добрыня Никитич.- Дон Кихот берет меня за пояс. Иван, ты за рыцаря. Ангел следующий. Вы, сударыня, следом и вы. Взяли! Хрустнули кости.

    – Отпусти! – заголосила Леля, пытаясь вырвать подол своего платья из пасти нашего щенка-переростка.

    – Лазают тут всякие,- донеслось мне вслед.

    – Вытянули! – Добрыня радостно похлопал меня по спине, окончательно вышибая дух. Одно хорошо – землю с волос тоже.

    – Хорошо, что ты не репка,- заметил черт.

    – Это почему?

    – Где бы мы тебе мышь нашли?

    – А ты на… апчхи!… что?

    Обидевшись, черт направился к Ламиире за утешением.

    – Здесь везде так опасно? – спросил я у проводника.

    Вообще-то ад не место для увеселительных прогулок, но по большей части опасность угрожает вашей душе и исходит от местных обитателей. Огненные реки и бездонные провалы – опасность для неосторожных. Не суйся к краю – и ничего с тобой не случится.

    – Только здесь,- заверил меня проводник.- Да и здесь раньше было спокойно. Пока однажды не появился Сталкер, он все что-то искал и нашел. Туда и ушел.

    Теперь без этого не пройти. – Он пошуровал рукой в кармане, там что-то металлически зазвенело.- Он научил. Говорит, учись, Сусанин, пока я рядом.

    – А что, поле обойти нельзя?

    – Почему нельзя? Можно.

    – А зачем же мы рисковали? – разозлился я.

    – Так все же живы? – Иван пожал плечами, от чего треух съехал набок.

    Черт покатился со смеху, словно в забытьи облокотившись на округлое колено суккубы. Бумс! И статус-кво восстановлено.

    – Держите его! – Размахивая сучковатой клюкой, из-за цветущего розовыми цветочками куста шиповника выскочил упитанный мужичок.

    – Ой! – Наш проводник вскочил на ноги и рванул прочь, видимо, по растерянности оббежав поле стороной.

    И был таков.

    – Убежал,- расстроенно заметил длинноносый толстяк.

    – Убежал… – в недоумении констатировали мы.

    – А какая уютная бочка была,- сам себе сообщил незнакомец и похромал прочь.