— Ты, главное, сам не сболтни, — посоветовал Толстый. — А то и меня подставишь, и сам влетишь.

— Не сболтну, — пообещал Артем.

В этот момент загремела дверь в сенях. Толстый напрягся, Артем насупился. «Принесла нелегкая. Интересно, чем он сутки занимался?» — успел подумать Артем, прежде чем в дверях выросла кряжистая фигура того, кого называли Дедом. Он неспешно вошел в дом, бросил презрительный взгляд на Артема, сбросил с ног легкие сандалии и прошлепал босыми ногами к столу. Толстый суетливо стряхнул со стола крошки, оставшиеся после вечерней трапезы. Дед ухмыльнулся.

— И как ты, Толстый, в зоне выжил? С такой страстью к прислуживанию тебе только в шестерках ходить.

— За базаром следи, — Толстый в один миг ощетинился. — Я в законных «пацанах» весь срок отходил!

— Ладно, ладно, не возбухай, — Дед примирительным тоном похлопал по столу. — Тащи свою яичницу, да бутыль не забудь. Вижу, осталось чуток, на мою долю хватит. Похаваем и дело обсуждать будем.

Ели молча, без особого вкуса. Стучали ложками о глиняные миски, время от времени разливали мутный самогон по граненым стаканам, выпивали и снова стучали ложками. Дед поглядывал то на одного, то на другого, хмурился. Каждый раз, когда взгляд Деда останавливался на Артеме, у того екало сердце. Ему казалось, что каким-то образом тот узнал о его самоволке и вскоре последует расплата. Но когда тарелки опустели и Дед сдвинул их в сторону, Артем расслабился.

— Пора браться за подготовку нового дельца, — Дед обтер губы ладонью и полез в армейский рюкзак. — Принес для тебя кое-что полезное, — он выложил на стол дорожные карты и подтолкнул в сторону Артема.

— Мы от этого «дельца» еще не отошли, а ты новое предлагаешь? — живо вспомнив ночной сон, Артем позабыл об осторожности. — Сам же говорил: нам высовываться не с руки.

— Ситуация изменилась, — Дед чуть нахмурился, но в бутылку лезть не стал. — Я не на прогулку ездил, почву прощупал. У мусоров на нас ничего нет, товар мы сбыли с приличной выгодой, так что можем подумать и о новом деле.

— Что за дело? — Толстый предпочел проигнорировать недовольство приятеля. — Снова почтовик?

— Так и есть, — подтвердил Дед. — Только на этот раз поедем в Ленинград. Их система почтовых пересылок ничем от столичной не отличается. Делов на пару минут, а барыша на годы.

— Ты и про этот барыш говорил то же самое, — вновь влез в разговор Артем. — Да мы его до сих пор не видели.

— Будет тебе барыш, — оборвал Артема Дед. — Провернем дельце в Ленинграде, получите все сполна. Скопом.

— Я сейчас хочу, — взбрыкнул Артем. — Толстый, ты чего молчишь? Или тебе твоя доля не нужна?

— Доля моя никуда не денется, — невозмутимо проговорил Толстый. — А удвоить результат было бы кайфово.

— Удвоить результат? Что, по-твоему, это значит? — взъярился Артем. — Еще пару-тройку трупешников на себя повесить?

— Кончай бычить, — с угрозой в голосе бросил Дед. — Тут тебе не малолетка, с реальными ворами дело имеешь.

Артем прикусил язык, нарываться на разборки «по понятиям» ему не улыбалось. Толстый это понял и постарался, как всегда, разрядить обстановку. Он забрал у Артема карты, разложил на столе и принялся водить по ним грязным пальцем.

— Снова от центрального вокзала начнем? — как ни в чем не бывало спросил он. — А кто наводку даст? Тут Ольга постаралась, весь расклад дала, а там кто? Есть у тебя люди на примете, Дед?

— Людей нет, но это не проблема, — Дед продолжал наблюдать за Артемом.