— Людей нет, но это не проблема, — Дед продолжал наблюдать за Артемом. Настрой подельника ему был не по душе.

— Тогда как мы узнаем, куда соваться? — продолжал Толстый. — Там этих поездов хренова туча, а нам нужен только один.

— Наблюдать нужно было, корешок, вот что я тебе скажу, — Дед ткнул пальцем в грудь Толстого. — Как выглядят тюки с почтовыми отправлениями мы теперь знаем, и то, что загружают их раньше, чем посадку объявят, нам тоже известно. Штемпели увидим, туда и пойдем.

— Я пас, — реплика Артема удивила даже его самого, не говоря уже о подельниках. — Больше я в вагон не полезу.

— Это почему же? — вкрадчиво поинтересовался Дед. — Не потому ли, что жмуров пожалел? Или очко жмет?

— Ни то, ни другое, — Артем смело встретил взгляд Деда. — В этот раз у нас все козыри на руках были, и то все пошло наперекосяк. Забыл, как пришлось на ходу мешки сбрасывать и самим под откос прыгать, чтобы избежать проблем? А если бы я не вспомнил о том отрезке пути, где скорость снижается до пяти километров в час? Или если бы мы его пропустили, пока мешки набивали? Пять минут задержки могли стоить нам жизни или свободы. И ты хочешь повторения?

— Тут ты прав, накладка вышла, — внезапно согласился Дед. — Не стоило пускать в ход обрез, тогда бы мы спокойно доехали до той маленькой станции, сгрузили мешки через окно в купе проводников, а сами вышли на перрон. Добрались бы до машины и спокойно уехали. И никто ничем бы не рисковал. Но в этот раз все пройдет по плану.

— Можете сделать все вдвоем, — чуть помедлив, предложил Артем. — Я проверю расписание, проанализирую маршрут и подскажу, на какой станции лучше валить. Но сам не пойду.

— Так дела не делают, — Толстый встал на сторону Деда. — Ты с нами в связке, Артем. Свалить не получится.

— Вы справитесь вдвоем, — упрямо повторил Артем. На Толстого он не смотрел, только на Деда, но понять его реакцию не мог.

— Нет, Артем, дело даже не в картах, — Толстый не отступал. — Кто будет проводника-почтальона обрабатывать, чтобы он нас в вагон впустил? Сам знаешь, Дед на дембеля не тянет. Если он подойдет первым, сразу вызовет подозрения, и план провалится, даже не начавшись. А я… Мое лицо доверия не вызывает, ты это сам говорил, когда к московскому делу готовились. И я с тобой согласен. Тот мужик мне не поверил бы и в поезд не пустил. Еще бы и милицию вызвал.

— Потренируешься. Я научу тебя, что нужно говорить, чтобы точно сработало, — мысленно Артем молился, чтобы его внезапный порыв встретил поддержку со стороны Деда. Он вдруг четко осознал, что если сейчас не настоит на своем, то никогда не отделается от этой парочки. Всегда будет «еще одно дельце», и всегда будет план, который без него, Артема, осуществить невозможно. Что он будет делать, если Дед вдруг согласится его отпустить? Об этом Артем не думал. Все, о чем он мог сейчас думать, это о том ужасе, который испытал во сне. Что он точно знал — он не хотел, чтобы ощущение повторилось наяву.

— Твои доводы резонны, — растягивая слова, заговорил Дед. — Но пойми и нас, кореш. Как ни крути, это подстава. Ты это понимаешь?

— Я должен откупиться? — догадался Артем. — Говори, какова твоя цена?

— С ходу все издержки не просчитаешь, — начал Дед. — Тут поразмыслить нужно.

— Да вы чего? Серьезно? — Толстый растерянно переводил взгляд с одного на другого.