Половину расхода мы отводили на хороших лошадей, годных для долгого степного изгона, но повезло. Как я уже упоминал, Штенгель помог, и за справедливую цену мы получили лошадей. Хотя намечается война, а мы совсем не штангордская армия.

Следующей задачей поставили перед собой вооружение, и понеслось: тринадцать отличных арбалетов и по полсотни болтов к каждому, три шашки, пять сабель и пять мечей. Всё дорого, с учётом того, что брали лучшие образцы и цены взлетели.

Дальше – доспехи: тринадцать мелкого плетения кольчуг с чулками и круглые степные шлемы с тканевой оторочкой.

Вроде и не брали больше ничего, припасы только, одежду, сапоги, войлоки, перемётные сумки, мелочь всякую походную, три карты каганата разной степени достоверности и точности. А глядь, денег уже и нет.

Ладно, всё наживное. Пришло золото, да и ушло.

– Руг! – крикнул я в открытые двери таверны. – Пора выдвигаться!

– Иду! – Кривой Руг явно был не в своей тарелке, смутило его, что провожать нас в поход вывалила почти вся Старая гавань.

Местный пахан отдал последние наставления Дори Крабу, который с десятком наёмников оставался на хозяйстве, и вышел на улицу. Все воины запрыгнули в сёдла.

Ну, с нами боги, тронулись. И наш сборный отряд во главе с Кривым Ругом покинул бандитский район.

Фанфар и труб не было, естественно, но провожали нас искренне. Впервые отряд из Старой гавани отправлялся воевать за герцога, и народ проявил удивительный патриотизм. А мы не будем их разочаровывать, и знать, что цель нашего похода – не граница, а степь, ворам совсем не обязательно.

Неспешно и с достоинством отряд прогарцевал по улицам. На воротах предъявили стражникам документы. Смотрите, не голодранцы какие едут, а сам Кривой Руг, со вчерашнего дня действительный член гильдии купцов Штангорда, на войну отправляется. Конечно, Кривой Руг человек опытный и мог скрывать свои мысли, но только не в этот момент. Лицо его выдавало полностью, а на нём проявилось такое самодовольство в смеси с умилением, что становилось понятно: именно к этому моменту всю жизнь и шёл Кривой. Как мало ему надо для счастья! Всего-то – проехаться с достоинством по родному городу и поприветствовать самых богатых купцов Штангорда как равных. Сбылась мечта.

За городскими воротами отряд уже ожидали. К нам пристроились Лука, Джоко и проводник Бойко Путимир. А к Кривому Ругу ещё два десятка бойцов, по виду настоящие разбойники, только полчаса как выползшие из своего лесного схрона. Отряд у нас собрался разномастный, но люди в большинстве опытные, и я верил, что наши восемь десятков покажут себя в бою достойно. Сколько там той охраны в караване будет? Полсотни, ну сотня. И даже пусть две сотни. Всё одно – мы их сделаем.

Путь, которым проникнем в степь, разметили заранее. Рахи уже подступали к границе, и совсем скоро в порубежье закипят кровавые и жестокие бои. Но нам туда не нужно. Мы двинемся к Эльмайнору, ещё не вступившему в войну, и тихой сапой, на мягких лапах, перейдём границу на стыке трёх государств. Эти места издавна контрабандистами использовались, пограничная стража там вроде есть. Но если знать, как правильно идти, то мы с ней даже не встретимся. А вот со степняками столкнуться можем. С самых древних времён так повелось, что кочует там одно не очень большое кочевое племя сагареков, получая небольшую мзду от каганов, от Штангорда и Эльмайнора. Тем и живут, ибо места там бедные и взять с них нечего. Какая-то странная ситуация сложилась, но, видимо, она всех устраивала, и сагареков особо не тревожили.

Степь – это что, огромные пространства, и кажется, что там негде спрятаться и укрыться. Но это не так, и Джоко, несколько раз бывавший в каганате по своим шпионским делам, нам кое-что рассказал. Да и сами мы не дураки, а ко всему этому память предков наших, через кровь, всё сильней пробуждается.