Вернулся к коробке с материалами, стоявшей на журнальном столике, продолжил изучение протоколов допросов. Бетонщики, поварихи, инженеры, геодезисты, туннелепроходчики, шоферы, механики, экскаваторщики – все профессиональные группы, обслуживавшие большую стройку.

Викинг сжал кулак. Сварщик, тот самый. Он есть в материалах следствия. Так бывает почти всегда. Практически в каждом деле, которое ему довелось расследовать в своей профессиональной карьере, злоумышленник фигурировал еще на ранней стадии расследования. Проблема заключалась в том, чтобы отделить его от других. Его или ее, хотя это почти всегда оказывался он. Викингу трудно было думать о злоумышленнике без привязки к полу, особенно когда речь шла о сексуальном насилии. Оно, насилующее другое оно.

Через сто страниц он обнаружил и Турда.

А вот и «мозг» дерзкого ограбления. Шесть ничего не говорящих строк. Само собой. Ничто не указывало на то, что он виновен. Никаких улик против него не было. Должно быть, исключительно умный человек, рожденный в самой простой семье. Работящий, предприимчивый и целеустремленный. Прекрасный пример того, что называют «природным дарованием». Викинг поймал себя на мысли, что хотел бы встретиться с дядюшкой. Интересно было бы с ним пообщаться.

В самом низу кипы, подо всеми свидетельскими показаниями, он обнаружил выводы полиции и их резюме.

Преступление считалось раскрытым с полицейской точки зрения.

Виновные: Нильс Лонгстрём, ночной сторож, и его сын Карл, сварщик.

Правда, выводы строились на косвенных уликах, однако они образовывали цепочку, которой вполне могло бы хватить для возбуждения уголовного дела. Тут были и мотивы, и ресурсы, и возможность.

Первым был представлен мотив.

Долгая тяжба Большого Нильса Лонгстрёма с компанией «Ваттенфаль» представлялась как общеизвестная история, обсуждаемая и в местной прессе, и в народе. Его требования дать ему работу и предоставить жилье в доме для служащих, стремление продать права на водопад Тэльфаллет, недовольство компенсацией за свой дом в Лонгвикене – список был долог. Им владело желание отомстить.

Ресурсы: требовался умелый сварщик, чтобы прорезать сверхпрочную сталь, из которой изготавливаются шведские сейфы. Под рукой у Большого Нильса Лонгстрёма был один из лучших сварщиков Мессауре – его собственный сын, умения которого подтвердили на допросе его начальники и коллеги. Кроме того, Нильс Лонгстрём имел полный доступ ко всем помещениям компании, к любому оборудованию.

Возможность сияла, как неоновая вывеска: он был ночным сторожем. Именно он должен был забить тревогу. Все отчетливо помнили, каким униженным он себя чувствовал, когда ему предоставили эту должность, что еще больше усиливало мотивы.

Дополнительные улики: после ограбления под административным зданием в Калтисе была обнаружена серебряная табакерка подозреваемого.

Кроме того, в ночь ограбления он сбежал на пикапе, принадлежавшем компании «Ваттенфаль»: «Вольво PV 445» образца 1955 года с регистрационным номером BD11537, светло-сером с белым кузовом.

Его сын Карл также исчез. Отсутствовала и его личная машина, бордовый «Сааб 93» 1956 года с регистрационным номером BD14788. Это дополнительно подтверждало версию следствия.

Ингвар Пеккари и Бертиль Лундгрен, ужинавшие с Карлом Лонгстрёмом в столовой накануне вечером, не заметили ничего необычного. Возможно, товарищ пребывал в несколько возбужденном состоянии – вспомнили они, когда их прижали посильнее. Пожалуй, смеялся громче, чем обычно, был слегка на взводе. Да, вроде так оно и было. Им показалось, что он вел себя немного странно.

Уловка преступников вывести из строя замок сейфа дала им значительную фору. Когда обнаружилось, что совершено ограбление, они находились уже за много миль от Мессауре.