Вторым был Матс Викандер, соученик по полицейской академии в Сольне в 1980-е годы. Они познакомились в самый первый учебный день, Викинг потянулся к нему. Матс был немногословен, на несколько лет старше всех на курсе. За спиной у него была карьера в армии, где он дослужился до лейтенанта, но переехал в Стокгольм, чтобы быть рядом со своей девушкой Мариной, пока она училась на врача.

Такова была официальная версия.

На самом же деле полицейская академия стала для Матса этапом подготовки к работе в разведке. Вот уже много лет он работал в Отделе особо важных сведений, самом секретном разведотделе Штаба обороны. Теперь, на пороге пенсионного возраста, он занимал одну из топовых должностей в организации. Про его звание Викинг никогда не спрашивал.

Матс и Марина жили в кирпичной вилле с видом на озеро в пригороде Стокгольма Мэлархёйден. Туда они перебрались вскоре после того, как Марина получила диплом врача – Викинг с Хеленой гостили у друзей в тот день, когда те получили ключи от нового дома. Маркус был совсем маленький. Они устроили пикник на полу в гостиной. Иногда, приезжая в Стокгольм, Викинг останавливался у них.

Сейчас он позвонил в тиковую дверь, сохранившуюся с тех времен. Ему открыла Марина, обняла его.

– Как у вас с Алисой?

Между Матсом и Мариной существовало негласное соглашение: о его работе ей было известно все. Разумеется, такое было категорически запрещено, но то, о чем никто не знает, никому не может навредить. По крайней мере, так рассуждал Матс. Если с ним что-нибудь случится, Марина будет знать – или хотя бы догадываться, почему. Поэтому Марина была в курсе, что жена Викинга Хелена – советская разведчица, которую резко и насильно забрали на родину, когда дети были еще маленькие, а затем отправили в США. Марине было известно, что Хелена со временем дослужилась до звания полковника ГРУ, сидела в кабинете в главном штабе на улице Гризодубовой в Москве, анализируя материалы из открытых источников. «Смерть» Хелены от последствий ядерного взрыва в ее родном поселке Удачный сделала ее легендой организации.

А между тем Владлена Иванова, как ее звали на самом деле, сбежала в Швецию, сдав Матсу и его коллегам суперсекретные сведения о работе Второго отдела ГРУ. В обмен на это ей предоставили одну из самых надежных фиктивных идентичностей разведки: Алисы Эрикссон из Накки.

– У Алисы все хорошо, – ответил Викинг. – У нее масса работы. Во всем Норрботтене ужасный дефицит айти-консультантов.

– Она может все или почти все, – усмехнулась Марина. – Небось и с моей работой бы справилась.

Марина работала врачом в больнице Св. Йорана.

– Выпьем по коктейлю на террасе? – спросил Матс.

– А не слишком ли прохладно? – проговорил Викинг.

– Ты не оправдываешь своего имени, – ответил Матс и вышел на террасу.

Как обычно, в бокале был почти один тоник. Матс, как и Викинг, любил сладкое.

– Что за мужика ты выкопал из болота? – спросил Матс.

Сосед помахал ему со своего участка, Матс приветствовал его, подняв бокал. «Типичные субботние развлечения в богатом пригороде», – подумал Викинг. Соседи думали, что Матс работает актуарием  в страховой фирме. Никто толком не понимал, что это значит – но все знали, что он очень умный, занимает высокую должность и зарабатывает кучу денег.

– Копать мне как раз не пришлось, – ответил Викинг. – Он всплыл сам. Сгнил кол, державший его на дне болота.