Он стоял, уставившись на нее, дождь хлестал его по лицу. Она с усилием сглотнула.

– Я знаю, ты не поверил мне, когда я сказала про… про изнасилование. Но оно было не первым, а теперь он хочет забрать себе меня и малыша. Так что они уберут его.

– Это безумие, – проговорил Карл. – Я пойду в…

– Полицию? – тихо спросила Карин.

Тут до него дошло.

– Ты это серьезно?

Она кивнула.

Карл сделал два шага назад, посмотрел на нее с недоверием, возможно, даже с отвращением. Ей так хотелось, чтобы он прижал ее к себе, поцеловал ее щеки и волосы, но он спрятал руки за спиной.

Она проглотила слезы.

– Тебя никто не должен видеть, – сказала она. – Возьми с собой самое необходимое.

Его лицо побелело.

– Но отец…

– Ты не должен его предупреждать. И ни в коем случае не возвращайся сюда больше.

Он шагнул ближе, посмотрел на нее.

– Они в курсе, что ты предупредила меня?

Она покачала головой. Положила ладонь ему на щеку, но он оттолкнул ее руку.

– Я тебе не верю, – сказал он. – Они же не сумасшедшие.

– Ты их не знаешь и отца своего тоже. Ты себе даже представить не можешь, на что они способны.

– А если я останусь?

Она снова сглотнула.

– Тогда к утру ты будешь лежать в болоте. Машина у тебя есть?

Он нащупал в кармане куртки ключи.

– Поезжай хотя бы в дом у Тэльфаллет, – сказала она. – Переночуй там сегодня, потом сам поймешь.

Он изумленно посмотрел на нее.

– Ты знаешь о доме?

Она расплакалась.

– Пожалуйста, – прошептала она. – Уезжай.

Ей показалось, что он – огонек, источник света и тепла, пылающий посреди дождливой ночи, переливаясь разными цветами, или просто из-за слез она не видела грязи вокруг, а видела лишь того единственного, кого намеревалась любить всю жизнь, и тут она повернулась и бросилась бежать прочь от этого огонька, назад в темноту за кухней, к неумолимой реальности, где ее ждали картофельная шелуха и кукурузные початки, кастрюли и противни, тряпки и хозяйственное мыло, окрики и косые взгляды, и еще малыш.

Ад начался с первой минуты. Газовые баллоны весили по пятьдесят килограммов и были неповоротливы, как слоны. Турд, лежа на спине, тащил баллон за собой на ремне, а Эрлинг подталкивал сзади. Несмотря на толстые рабочие комбинезоны и подстеленные одеяла, они расцарапали себе все спины о гравий.

Когда они дотащили первый баллон на место, в пространство, выкопанное Турдом в земле, Эрлинг проговорил, задыхаясь:

– Ничего не выйдет.

– Тебе обязательно нужны оба? – спросил Турд.

Эрлинг кивнул. Турд пополз обратно к люку.

Со вторым дело пошло быстрее. Они приноровились и к тому же нашли гвоздь. Он торчал сверху на целый дюйм, наискосок от литой цементной плиты. При помощи рулетки и компаса Турд вымерил, где точно размещается сейф. Начертил фломастером четырехугольник на досках над ними. 42,5 на 42,5 см. Ящики должны пройти свободно, но не более того. При помощи деревянного молотка они вбили планки в качестве распорок между землей и досками пола.

Снаружи проехала машина. Братья выждали, пока она удалится в сторону Калтиса.

Потом надели защитные очки. Эрлинг взял коловорот и прокрутил четыре отверстия, по одному в каждом углу четырехугольника. Они по очереди пилили доски чернового пола, изоляцию и, наконец, доски чистового пола под сейфом, по ходу дела отгребая мусор в сторону. Опилки и стекловата застревали в волосах, липли к коже, забирались за воротник и под манжеты.