– После того, как умерли твоя жена и Турд, тебе не бывало одиноко?

На это старик не ответил.

– У меня в Стентрэске сын и невестка, – сказал Викинг, – с двумя маленькими сорванцами, которым год и пять лет. А еще у меня есть дочь, она с подругой живет в Стокгольме, всего в часе езды отсюда.

Эрлинг заерзал на стуле.

– Уверен, они будут рады с тобой встретиться, – сказал Викинг.

– Ну, даже не знаю…

Стентрэск, осень 2021 года

С неба падали острые капли, дул холодный северный ветер. Сквозь серую пелену вилла сына показалась Викингу мокрой и продрогшей.

Дверь открыл Маркус. От волнения во рту у Викинга пересохло. После того ужасного эпизода в доме Карин они больше не встречались.

– Это, стало быть, Эрлинг, – сказал он, придерживая своему дяде входную дверь.

Эрлинг Стормберг стряхнул с волос капли дождя и осторожно шагнул в прихожую. Маркус протянул руку и поздоровался с ним. Выбежали дети, чтобы посмотреть на гостя. Эрлинг неуклюже достал из пакета карамельки, дал детям по горсти сладостей.

– Это после ужина, – сказал детям Маркус.

Викинг пошел в кухню. Юсефин стояла, помешивая соус для спагетти, она не повернула головы в его сторону.

– Прошу прощения за мое поведение, – произнес Викинг. – Когда мы перебирали вещи в доме.

Она быстро подняла на него глаза, продолжая помешивать в кастрюле.

Викинг повторил слово в слово все то, чему научила его Алиса: что в тот день он был расстроен и подавлен, поскольку оплакивал мать, еще не до конца осознавая ее уход. От того, что кто-то распоряжался ее вещами, горе становилось таким очевидным и невыносимым. Он чувствовал себя тогда таким беспомощным и одиноким, и он так сожалеет, что обидел Юсефин, ведь она только хотела помочь…

Невестка выпустила из рук большую ложку и обняла его обеими руками.

– Конечно же, я все понимаю, – прошептала она. – Я не сержусь.

«Свое поведение здесь явно никакому анализу не подвергалось», – подумал Викинг, обнимая ее.

– А это Эрлинг, – сказал он, подводя к ней за руку дядю.

Юсефин с ходу обняла и его тоже. А потом пригласила всех за стол и подала спагетти.

– Ты решил, что будешь делать с обручальным кольцом? – спросила она, когда они доели десерт.

– Да, – коротко ответил Викинг.

Кольцо он отдал Алисе, но об этом ничего не сказал.

Они перешли в гостиную. Майя заснула, Эллиот играл в игру на планшете. Эрлинг стал рассказывать о прежней жизни в Лонгвикене и Мессауре. И Юсефин, и Маркус слушали с неподдельным интересом.

– Но как же ты мог совсем перестать общаться с родней, оставшейся на севере? – спросила Юсефин.

Эрлинг сглотнул.

– Говори как есть, – сказал ему Викинг. – Что вы поссорились из-за денег.

Эрлинг покосился на него.

– Когда Лонгвикен был выкуплен фирмой «Ваттенфаль», полученное предстояло поделить, – продолжал Викинг. – Папа Густав имел определенное мнение, как следует поступить. Они с мамой построили себе дом и оставили за собой охотничий домик рядом с водопадом Тэльфаллет. А вы с Турдом основали свою транспортную фирму.

Эрлинг кивнул.

– Ужас, как глупо, – сказала Юсефин, – что вы, родные братья, разошлись из-за такой ерунды.

– Да уж, – сказал Эрлинг.

– Еще кофе?

– С удовольствием, – ответил Эрлинг.