Элин резко развернулся, нацелив на женщину отнюдь не двусмысленный взгляд. Смиренно терпеть угрозы перерождённый не собирался.

Впрочем, Ланеску холодная ненависть в глазах экс-абсолюта не впечатлила.

– Ты и сам всё понимаешь. Так почему бы не оказать мне услугу?

– Слишком много чести. – Перерождённый оскалился, позволив материализоваться струящейся по жилам аниме, а в следующую секунду на его ментальное восприятие буквально обрушилась волна негативных эмоций, ярким пламенем вспыхнувших в разуме Ланески Мурум.

Поражённая столь явно выказанным презрением, она не смогла найти, что ответить, и Элин этим воспользовался.

– Я надеюсь, что мы больше не встретимся, Бестия.

Шумела толпа, собравшаяся в главном зале, под резкими порывами ветра шумела густая изумрудная листва. А посреди всего этого великолепия стояла Ланеска Мурум, невидящим взором буравя спину удаляющегося по направлению ко дворцу перерождённого. Она отчаянно пыталась понять, что именно в словах и жестах какого-то мальчишки вогнало её в ступор, но тщетно. В голове женщины боролись десятки и сотни предположений, но ни одно из них не могло взять верх…

Глава 15

«Ланеска этого не забудет».

«А она и не должна», – отрезал Элин, обменявшись приветствиями с группой обративших на него внимание людей.

При этом он не упустил возможности проверить их поверхностные мысли, параллельно отслеживая реакцию всех прочих гостей. Эрида, в свою очередь, пыталась вычленить из толпы ярых недоброжелателей, которых выводило из себя одно только имя Нойр.

Это более не играло особой роли для обновлённой цели дуэта, но могло сильно помочь в перспективе.

«Кажется, наши недоброжелатели организовали клуб ненавистников Элина Нойр. Иначе я не могу объяснить, что именно побудило их всех собраться в восточной части зала. Да, верно смотришь, я говорю именно об этой группе».

Элин перехватил недобрый взгляд седого как лунь, но сохранившего отличную физическую форму старика, в довесок оказавшегося анимусом золотого ранга. При этом некогда он точно находился на пике силы, но, по-видимому, время и отсутствие практики взяли своё, откатив практика на полступени назад.

Впрочем, с тем же успехом причиной его ослабления могла стать травма, сути это не меняло. Среди потенциальных врагов старик был сильнейшим, вдобавок пользовался большим уважением. Это было отчётливо видно по тому, как к нему обращались коллеги.

«Примерно половина из них те, чьих отпрысков я отодвинул от кормушки в собственном лице. Про остальных пока сказать ничего не берусь, но…»

Всегда есть одно большое но, в данном конкретном случае оказавшееся подозрительным юношей, нервно теребящим массивный перстень на указательном пальце. Украшение на собственно украшение нисколько не походило, а характерный отголосок пропитавшей металл анимы прямо указывал на артефактную природу предмета.

«…Здесь есть кое-что подозрительное».

Никто не запрещал гостям иметь при себе определённые артефакты вроде хранилищ или защитных комплексов, но этим не злоупотребляли даже самые эксцентричные личности. Сейчас же Элин был практически уверен в том, что артефакт на пальце юноши не имеет ничего общего с хранилищем, так как вместо поглощения анимы кольцо её выплёскивало в окружающее пространство. Эта черта не была характерна и для связок рун, направленных на защиту хозяина: в неактивном режиме такие предметы были зациклены в себе, за счёт этого не теряя ни крупицы анимы. К примеру, ни посох, ни шлем (хоть последний и нельзя было отнести к классическим артефактам) не могли продемонстрировать такую же отрезанность от мира.