В эти выходные, после того как они побывали у родителей Аллегры и сообщили о своей помолвке, им наконец удалось провести тихий вечер дома вдвоем. В субботу они даже сумели выбраться в кино. Вечером они легли в постель сразу же, едва вернулись домой – им не терпелось поскорее насладиться друг другом, – и уже стали засыпать, как вдруг зазвонил телефон.

Джеффу не хотелось подходить к телефону, но Аллегра не могла не ответить на звонок. Когда звонили по ночам, ей всякий раз казалось, что с кем‑то из ее клиентов произошла какая‑то катастрофа и требуется ее немедленное участие. Надо сказать, что иногда именно так и случалось, но все же чаще оказывалось, что кто‑то ошибся номером.

– Слушаю, – недовольно пробормотала Аллегра. Некоторое время на том конце провода молчали. Она уже собиралась повесить трубку, но в это время услышала всхлипывания. – Кто это?

Снова молчание, потом еще один всхлип, и затем сдавленный голос в трубке:

– Эго Кармен.

– Кармен? Что случилось?

Воображение тут же подсказало Аллегре несколько вариантов. Кармен попала в аварию, с ней произошел несчастный случай, она ранена, Алан ее бросил… Что еще могло произойти? Аллегра усилием воли подавила раздражение.

– Кармен, не молчи.

Джефф недовольно замычал на своей половине кровати. Всякий раз, когда у Кармен случалась размолвка с Аланом, она впадала в истерику и звонила Аллегре, и Джефф, конечно, не приходил от этого в восторг. Ему очень нравилась звездная парочка, но он считал, что улаживать их мелкие супружеские конфликты вовсе не входит в обязанности Аллегры. В конце концов, трения неизбежны в любой семейной паре, но большинство жен не звонят своим адвокатам по ночам, рассчитывая на их помощь в улаживании семейных дел.

– Он уезжает, – наконец со слезами в голосе проговорила Кармен и тут же разразилась новым потоком слез. Послышался чей‑то недовольный голос, но слов Аллегра не разобрала.

– Что происходит? – Аллегра старалась, чтобы ее спокойствие по телефону передалось Кармен, но из этого ничего не вышло. – Скажи толком, он от тебя уходит?

– Да, он уходит.

Кармен всхлипнула, потом в трубке послышалась какая‑то возня, затем Аллегра услышала раздраженный голос Алана:

– Господи, да никуда я от нее не ухожу! Я улетаю в Швейцарию на съемки фильма и не собираюсь ни погибнуть при выполнении трюка, ни закрутить роман с местной крестьянкой. – Эту фразу Алан повторял, наверное, уже в сотый раз за вечер. – Я собираюсь там работать, вот и все. Как только съемки закончатся, вернусь домой. Я актер, я должен сниматься, эго мой хлеб. – С этими словами он снова передал трубку жене, которая снова разразилась истерическими рыданиями.

– Но я же беременна! – захлебывалась она слезами.

Аллегра вздохнула. Теперь ей все стало ясно: Кармен не

хочет отпускать Алана на съемки. Но он подписал контракт, причем очень выгодный, и должен сниматься.

– Послушай, Кармен, успокойся и рассуди здраво. Алан обязан лететь на съемки, это его работа. Твои съемки начнутся в июне, до этого ты успеешь навестить его в Европе и даже можешь пробыть там с месяц до начала репетиций. А теперь успокойся и ложись спать.

Всхлипы вдруг прекратились. Ненадолго в трубке стало тихо.

– А ведь и правда, я могу полететь с ним! Господи, как я сама не догадалась, спасибо тебе, Аллегра! Я тебя люблю!

Так‑то оно так, но вряд ли Алан разделял восторг жены. Кармен привыкла требовать неустанного внимания и может сильно отвлекать его от работы.

– Я тебе завтра перезвоню! – выпалила Кармен и повесила трубку, даже не сказав «до свидания».

Аллегра покачала головой, выключила свет и снова легла.