– По‑моему, нужно отучить их звонить тебе каждые пять минут как бесплатному психоаналитику! В конце концов, это просто нелепо. Не понимаю, почему ты безропотно все терпишь.

Аллегра знала, что Джеффу надоели частые звонки в любое время дня и ночи, но он держался молодцом. Ее клиенты за последние годы успели привыкнуть к тому, что к ней можно обратиться с любым вопросом, и Джефф это понимал. Кроме Кармен, ей звонила жена Брэма Моррисона при необходимости, и сам Брэм, и, конечно, Мэлахи. Этот звонил чуть ли не каждый раз, когда напивался или накачивался наркотиками или когда считал, что его осенила блестящая идея, не говоря уже о случаях, когда попадал в какую‑то передрягу. Даже Алану иногда срочно требовался совет. Звонили и другие клиенты. В Лос‑Анджелесе это было обычным делом, а те, кто не названивал своим адвокатам, звонили агентам.

– Джефф, так уж они устроены. Они к этому привыкли, и их будет очень трудно перевоспитать.

– Просто патология какая‑то. Что у них стряслось на этот раз? Алан и Кармен опять поссорились? Похоже, этот брак покажется нам очень долгим, если они будут названивать нам по ночам всякий раз, когда поспорят, кому выносить мусор. – Это была шутка, в действительности весь мусор из дома Алана и Кармен надлежало измельчать в порошок и запирать в контейнере с кодовым замком, чтобы никто его не украл. – Если ты сама не можешь им сказать, скажу я.

– Алану на следующей неделе нужно лететь в Швейцарию на съемки, а Кармен возражает. Она хочет, чтобы муж остался дома с ней и с ребенком.

Джефф рассердился еще больше:

– Какая глупость! Ребенка‑то еще и в помине нет. Она беременна каких‑нибудь десять минут и рассчитывает, что Алан будет сидеть с ней дома все девять месяцев?

– Не девять, а всего лишь семь и три четверти – у Кармен срок пять недель.

Джефф снова страдальчески застонал, и Аллегра расхохоталась. Это прозвучало действительно смешно, но Кармен воспринимала все очень серьезно.

– Может, тебе лучше переквалифицироваться на специалиста по антимонопольному законодательству? – в шутку предложил он.

Раз уж звонок не дал им уснуть, они решили не терять времени даром. Джефф пододвинулся поближе к Аллегре и начал ласкать ее с самыми недвусмысленными намерениями. От этого его настроение снова улучшилось, и теперь уже им никто не помешал.

На следующей неделе мысли всех четверых были заняты ежегодным вручением премии «Оскар». Кармен воодушевленно строила планы поездки с Аланом. Они должны были вылететь через два дня после церемонии. В этом году и Кармен, и Алан были выдвинуты на премию, и хотя никто из них всерьез не рассчитывал получить «Оскара», сам факт выдвижения на премию был очень важен для актерской карьеры каждого. Впрочем, Кармен, казалось, совершенно утратила интерес к своей карьере. В последнее время ее интересовал только будущий ребенок и еще, конечно, Алан.

Аллегра и Джефф тоже присутствовали на церемонии и встретили там родителей Аллегры. Фильм Саймона завоевал пять «Оскаров», в том числе, к радости Аллегры, и как лучший фильм года. Блэр, казалось, была рада за мужа, но всякий раз, когда Аллегра смотрела на мать, она замечала в ее лице необъяснимое напряжение. Она не могла понять, кроется ли причина в ухудшении рейтинга сериала, или у Блэр просто плохое настроение, или причина в чем‑то совсем другом. Конечно, не исключено, что у нее просто разыгралось воображение, но Аллегра чувствовала, что тут кроется нечто большее, чем кажется на первый взгляд. Пытаясь понять причину настроения матери, она поделилась своими сомнениями с Джеффом, но тот вообще ничего не заметил.

– Она явно чем‑то или расстроена, или встревожена, – утверждала Аллегра.