Между тем ходившие по зале, кажется, ее покинули.

– Ну чего, пошли? Домой хочу, конкретно, до тошноты, – тем не менее почти шепотом сказал мужчина. – Обрыдло тут все!

– Погоди… Пусть совсем уйдут. А тут богатенько, я смотрю… Зажал хавки папа Кучинский, а?

Танька услыхала, как заговорщица роется в продуктовых неликвидах. Собеседник хмыкнул:

– На том и стоим… Ладно, бери что хочешь, и пошли. А то меня спохватятся. Базару потом не оберешься.

Голос звучал уже по-хозяйски, вальяжно. Его визави повозилась еще, шурша целлофаном – видно, вскрывала какую-то упаковку, и они вышли из комнатенки.

Танька, облегченно вздыхая, еще немного посидела под столиком, только сейчас ощутив, как это неудобно и скверно. Потом, едва ворочая задубевшей попой, полезла наружу и все-таки приложилась лопаткой об уголок столешницы.

– Уй, блин-н! – прошипела она, вытаскивая за собой добычу.

Теперь бы унести ноги и пакеты. Столько из-за них перетерпеть и попасться как-то нелепо на завершающем этапе… Нет, это слишком плохо, чтобы быть на самом деле! Не подведи, маленький, хитрый божок халявщиков со щечками, как у хомячка, раздувшимися от дармового угощения!

* * *

Было утро понедельника, значит, музей для посетителей был закрыт. Таньке удалось выбраться из флигеля незамеченной, проскользнуть мимо хозяйственного зданьица, где располагались некогда княжеские слуги, конюхи-горничные. Так никого и не встретив, она прошла торопливо, спотыкаясь и чиркая каблуками, по дорожке к выходу с территории.

Кристина примостилась на скамеечке почти у ограды парка.

– Ну ты даешь! – грохнула она издали. – Я уж думала, тебя там тоже придушили!

– Да почти! – сдавленно ответила Танька, плюхаясь рядом с товаркой. – Я там такое нашла, такое слышала! Ул-л-лет!

– Это чего? – Кристинка неприязненно ткнула пальцем в пакеты.

– А это компенсация морального вреда. От папы Ку. Коньяки-балыки.

– А, – расслабилась Кристина. – Это хорошо, это ладно. Пойдем, а? А то уже реально мутит от голода и немытости.

– Щас, дай чуть посижу… Утомилась я по-черному. Нарыла я там!..

– И чего хорошего нарыла? – равнодушно откликнулась Кристина.

– Я даже не нарыла – была охота! Оно само! Я подслушала!

Танька всплеснула руками и стала рассказывать о своем сидении под столом в музейной подсобке. Рассказ получился, пожалуй, длиннее самого приключения.

– Ну, это полный пипец, – вскинула Кристина ресницы в синей несмываемой туши.

– Да!.. Это точно Виталька все организовал! С этой бабой, ну, в зеленых туфлях.

– Фигня! Полная! Зачем ему?! У него и так все было тип-топ.

– А вот, значит, и нет… И Ламку, похоже, по ошибке замочили!

– С чего ты взяла все это? – Кристина смотрела на Таньку со все возрастающим удивлением и даже чуть брезгливо, как нянька на вывозившегося в собственных выделениях хозяйского младенца. – А ту, другую, девчонку тогда зачем кирдыкнули?

– А тоже по ошибке! – взвизгнула в восторге Танька. – Недостаток квалификации киллера! Я это все из контекста поняла!

Кристина поморщилась, но промолчала – поняла, что у подружки нервная реакция.

– Если ты мне правильно все передала, подруга… Хотя нет, нет… Ничего такого там не было.