Цзянши! С одной стороны, новость хорошая. Если бы за мной пришли стражи гробницы, среагировавшие на незаконное проникновение, то живым мне было бы не уйти.

Но на этом хорошие новости заканчивались.

Мертвец был облачён в полуистлевший бархатный халат, на котором сохранилась богатая золотая вышивка в виде фрагмента звездного неба. В пустых глазницах неживого плясали багровые огни с синими прожилками, а вокруг пальцев, унизанных перстнями, вились языки белого пламени.

Поняв, что обнаружен, цзянши перестал прятать свою ауру, и меня накрыло волной чёрной, злой энергетики. Затопило, словно меня бросили в тёмные воды. Если бы не постоянно поддерживаемая мной ментальная защита в виде воображаемого бронестекла односторонней проводимости, выстроенная вокруг разума, моё тело замерло бы на месте, не в силах противостоять этому энергетическому давлению.

Маг четвёртой ступени на самом пике, почти пятёрка.

Кажется, я труп.

Против такого врага у меня нет и призрачного шанса не то что на победу или на ничью, но даже на простое выживание. И никакая мощь и инстинкты, вбитые наставниками в тело мясного голема, мне не помогут. А невероятная скорость Бин Жоу поможет разве что растянуть моё убийство на какое-то, впрочем не очень продолжительное, время. Скоро неживой маг сориентируется, поймёт скорость моей реакции и жахнет не фаерболом, а какой-нибудь магией, бьющей по площади, — на этом мои прыжки, кувырки и перекаты тут же и закончатся.

Для того чтобы выпустить по мне очередной огненный шар, цзянши вышел на открытое пространство. Посох в его сухих руках налился чёрным пламенем буквально за долю секунды до того, как с его навершия сорвался магический снаряд. Это наблюдение дало мне небольшую фору и возможность уклониться, отделавшись лишь небольшим ожогом на левом боку.

Плохо дело. Очень плохо. Этот мертвец не оставит меня в покое. Он почувствовал живого, к тому же практика, и сейчас у него нет никакой иной цели, кроме как убить меня и насытить свой вечный голод. Он не остановится, не свернёт в сторону и будет идти к своей цели, подобно спущенной с поводка ищейке.

Магический запас цзянши столь высокого ранга достаточно велик, к тому же его энергетику питает как близость Тёмного Источника, так и аура смерти древней гробницы, которую я теперь отчётливо ощущаю, чтобы кидаться подобными огненными шарами сутками напролёт. А мне достаточно одной, даже самой маленькой ошибки, чтобы превратиться в курочку гриль.

Единственная надежда на спасение, которую я заметил, заключалась в том, что у нежитого мага отсутствовала пятка на правой ступне. Это почти никак не сказывалось на мобильности цзянши, но явно должно было хотя бы немного ограничить его в скорости.

Правда, есть один неприятный для меня нюанс: мертвецы не устают. Даже если смогу каким-то чудом от него оторваться, со временем я выдохнусь, так как бежать от него придётся с предельным напряжением сил. А вот мертвец даже не почувствует усталости и в итоге нагонит меня.

К тому же, может, это моя фантазия, и отсутствие пятки никак не повлияет на ту скорость, которую может развить пусть и неживой, но всё же практик столь высокой ступени.

«Твою же…» — выругался я мысленно, уворачиваясь от очередного огненного шара, который выкинул из головы все мысли, кроме одной: надо бежать!

Старая сосна слева от меня вспыхнула как свечка, а камень у корней сухого дерева, на котором она росла, взорвался, осыпая меня острыми осколками. Боль прошила плечо. С левой мочки уха потекла тонкая струйка крови, но это лишь подстегнуло меня. Сорвавшись с места, я рванул подобно спринтеру, не забывая каждую секунду менять направление движения и раскачивая своё тело словно маятник.

В отличие от сражения с подземной химерой, этот бой мне не вытянуть. Иллюзий по этому поводу я не питал.