Loading...
Загрузка...

Изменить размер шрифта - +
У окна, гордо выпрямив спину, стояла лицом к окну молодая стройная черноволосая женщина в элегантном деловом костюме.
   - Простите, - спросила я, - где Раиса Михайловна Бучборская?
   - Слушаю вас внимательно, - отчеканила девушка и обернулась.
   Я потеряла дар речи. Девичье тело с тонкой талией, высокой грудью и стройной шеей венчала голова глубокой старухи. Щеки, лоб и даже подбородок избороздили морщины, глаза запали, а рот превратился в нитку. Но голос - звонкий, совершенно молодой. Интересно, как ей удалось сохранить такую фигуру? Может, целыми днями из тренажерного зала не вылезает?
   Дама сделала несколько шагов вперед и резко добавила:
   - Ну? Какая группа? Что-то я вас не припоминаю.
   Я уставилась на ее элегантные черные лодочки с десятисантиметровой шпилькой и проблеяла:
   - Я не хочу сдавать экзамен.
   - Тогда зачем явились? - нахмурилась Бучборская и резко села.
   - Вы не знали случайно студента по фамилии Рагозин?
   - Колю? Конечно, помню, очень достойный молодой человек, в отличие от большинства, читал "Илиаду" и "Одиссею" не в кратком пересказе, а полный текст. Я всегда ставила ему заслуженную четверку.
   - Отчего не пять? - выпалила я.
   Раиса Михайловна вытащила мундштук, вставила в него тоненькую коричневую сигарку и преспокойно заявила:
   - Данный предмет на "отлично" знает лишь преподаватель, остальным дай бог достичь порога "удовлетворительно".
   - Вы не в курсе случайно, куда он устроился после МГУ на работу?
   - Вам это зачем? - поинтересовалась Бучборская.
   Пришлось вновь рассказывать про больницу, смерть Насти и письмо.
   - Звягинцева, - вздохнула преподавательница, - абсолютно глупое существо, без царя в голове! По восемь, девять заходов ко мне в каждую сессию делала, училась отвратительно, в мыслях только одни наряды да парикмахерские, а Николаша везде за ней ходил, словно верный паж. Очень неподходящая пара.
   - Вы знаете, где он работал? Раиса Михайловна вздохнула:
   - Николая крайне интересовала религия, сначала он пристроился в журнал "Наука и религия". Но года два назад случайно я столкнулась с ним в консерватории, и Рагозин радостно так сообщил, что ушел в ежемесячник "Вера". Казался очень, ну просто очень довольным.
   - Я не видела это издание в продаже...
   - Я тоже, - усмехнулась Бучборская, - небось тираж малюсенький, но Коля сиял, когда рассказывал о работе.
   - Интересно, где находится редакция...
   - Дорогая, - высокомерно ответила дама, - для подобных случаев существуют справочники.
   Чувствуя себя неразумной студенткой, сморозившей глупость, я быстренько попрощалась и выскочила в коридор.
   Часы показывали около пяти. Небось в редакции все сотрудники уже разбегаются по домам, к тому же я не знаю адреса. Спустившись в метро, я купила на лотке тоненькую книжонку "Московские газеты и журналы". Издания шли не по алфавиту, а, очевидно, по рейтингу, во всяком случае, список открывал не "Алфавит", а "Мегаполис". "Вера" заключала список - улица Конюшенкова. Интересно, где она находится? Первый раз слышу про такую. Просидев пару минут на скамейке, я решила ехать домой и втиснулась в битком набитый вагон. Равнодушная толпа протолкнула меня вглубь, к закрытым дверям. Кое-как устроившись, я со вздохом попробовала вытащить из кармана детектив, но в это время нечто твердое довольно больно ткнуло меня в бок. Я посмотрела в сторону и увидела девочку лет тринадцати в серебряном пуховике и смешной вязаной шапочке с двухцветными косичками.
Быстрый переход
Мы в Instagram