Loading...
Изменить размер шрифта - +

   - Простите, - вежливо пробормотал ребенок, - вагон дернулся, вот я вас и задела книгой.
   Я перевела взгляд ниже. Красивой рукой с зелеными ногтями подросток держал потрепанный учебник по алгебре.
   - Неужели в такой обстановке можно что-либо выучить?
   - Времени совсем нет, - по-взрослому вздохнула девочка, - а завтра контрольная, неохота Милочку расстраивать, она жутко переживает, когда приходится тройки ставить!
   - Кто?
   - Наша учительница по математике, Людмила Геннадиевна, мы ее Милочкой зовем.
   Я внимательно посмотрела на собеседницу. В Кирюшкиной школе училка по алгебре носит славное прозвище "злобный карлик".
   - Она и впрямь милая?
   - Конечно, - бесхитростно поддержала разговор школьница, - у нас все душки.
   - Все равно лучше дома читать.
   - Так два часа ехать, - вздохнула девочка, - чего время зря терять. Я живу в Бибирево, а школа на Тверской, в Дегтярном переулке.
   - Неужели ближе не нашлось учебного заведения?
   - Такое на всю Москву одно, к нам даже из области ездят.
   - Чем же твоя школа так хороша?
   - У нас учителя - люди, а в других местах - гады, - спокойно пояснила девчушка. - На нас не орут, не ставят двоек и объясняют хорошо, доходчиво и подробно.
   - Небось дорогой колледж, - вздохнула я с завистью.
   - Что вы, - рассмеялась девчонка, - моим родителям платную не потянуть! Самая обычная школа №1113, государственная, просто там сволочи не приживаются, была одна, так ушла.
   - Ну-ка, скажи еще раз адрес, - попросила я.
   - Дегтярный переулок, прямо под гостиницей "Минск", - вежливо ответила девочка и принялась проталкиваться к выходу.
   На следующее утро, едва стрелки часов подобрались к цифре девять, я вошла в просторный холл школы. Довольно полная, пожилая гардеробщица, сдвинув на кончик носа очки, пришивала вешалку на черную куртку. Увидав меня, она улыбнулась.
   - Вот ведь поросята, не снимают куртки, а сдергивают, вешалки рвут и бегут потом: "Тетя Надя, пришей, мама ругаться будет". Так и шью всю смену. - И она вновь улыбнулась.
   - Скажите, а где директор?
   - Ступайте на второй этаж.
   Я поднялась по крутой лестнице наверх. Небось директриса на уроке, но она оказалась на месте. Целый час я самыми черными красками описывала Кирюшкину судьбу. Наконец Татьяна Алексеевна вздохнула:
   - Ладно, уговорили, хотя и не положено в середине года, но парнишке надо помочь. Идите в -39-й кабинет, там учительница математики, Милочка, то есть Людмила Геннадьевна, скажите - я послала. К ней в класс и пойдет ваш пострел.
   К трем часам дня я уладила все формальности. Написала заявление о приеме, забрала из старой школы документы, привезла их в новую и побродила по широким коридорам. Из классных комнат не доносилось истерических криков, а во время перемены галдящая детская толпа не дралась и не ругалась, наверное, в этой школе скандалы не в чести.
   Окрыленная успехом, в четыре часа я входила в редакцию журнала "Вера". Вернее, редакции как таковой не было. Сотрудники занимали всего три небольшие комнатки в старом, явно дожидающемся сноса четырехэтажном здании. Толкнув первую дверь, я тихонько спросила:
   - Где можно найти Рагозина?
   - Не знаю, - ответила женщина в бордовом костюме.
   - Колю? - поинтересовался парень, одетый не по сезону в белые джинсы.
   - Да, - обрадовалась я.
   - Он уволился, в другое место перешел.
   - Куда?
   Парень пожал плечами:
   - Понятия не имею.
Быстрый переход